– Я не знаю, кто там у вас главный, ты или Горожанов, но точно знаю, что вы с ним заодно…
– И кто такой Горожанов? – спросил Олег тоном, каким психотерапевт соглашается признать в своем пациенте Наполеона.
– Только не надо ломать комедию!
Я действительно вышел из себя и, возможно, со стороны смахивал на душевнобольного, но не Семиряднову куражиться надо мной. Он-то наверняка знал, что с головой у меня все в порядке. И с совестью тоже…
– И все-таки?
– А я тебе сейчас все объясню. Горожанов был третьим в команде Шрама и Жернового.
Вернее, он был основным. И он убил Юру Стеклова. А потом ему понадобилось убрать Берестова. В чем ты, майор, ему здорово помог, оставив Берестова на свободе… А потом он увез Свирцеву, и когда ты увидел его фоторобот, сразу расхотел объявлять его в розыск. И еще голову нам с Лидой морочил… Ты, покрывал его, майор, ты предупредил его, что ему угрожает опасность! – в обличительном порыве выдал я.
Семиряднов озадаченно поскреб себя за ухом.
– Из всего, что ты мне тут наговорил, я понял только одно.
Горожанов и есть тот человек, которого я объявил в розыск.
– Ты вынужден был это сделать. Потому что я на тебя надавил.
– Ты и сейчас на меня давишь… – поморщился майор. – А еще больше давит на меня труп этой девушки… Что он делает в твоей постели?
– Это не просто труп, это камень мне на шею! – выпалил я. – А ты как гиря к ногам!.. Оба меня на дно тащите… Только я не совсем понимаю, чего вы этим добиваетесь? Ну, посадите меня, так ведь Марцев останется.
Он доведет дело до конца…
– Какое дело? – насмешливо спросил Олег.
Этот вопрос поставил меня в тупик… Действительно, а что мы с Марцевым можем предъявить Горожанову? Убийство Стеклова? Так нет свидетелей, которые видели, как он стрелял. Связь со Шрамом и Жерновым? А кто их видел вместе? Похищение Свирцевой? Так не было никакого похищения, Свирцева сама села к нему в машину. Да и кто видел, как она к нему садилась? Лидочка? А где она?..
– Убийство сотрудника милиции! – на вздохе облегчения сказал я.
Да, никто не видел, как Горожанов стрелял в Стеклова. Но у него ранена рука – результат моего выстрела. А кровь на памятнике – очень серьезная улика…
– Горожанову не отвертеться. Не я, так Марцев его возьмет… Или вы еще Марцева собираетесь нейтрализовать?
– Значит, я – следователь, майор милиции, помогаю преступнику уйти от наказания? – со своей фирменной улыбкой на губах, но с обидой в голосе спросил Олег.
