— Я сегодня заскочу к родителям, что тебе захватить оттуда? — поглаживаю ее вдоль позвоночника через ткань своей рубашки.
— Одежду.
Поднимает на меня мутный после сна взгляд. Осторожно, подушечками пальцев прикасается к разбитой губе.
— Болит?
— Если поцелуешь, станет легче, — выпрашиваю.
Она подтягивается на носочках и неуверенно прикасается губами к моим. Опять заглядывает в глаза с немым вопросом.
— Лучше. Мне надо ехать. Я постараюсь вернуться пораньше.
Нехотя отпустив ее, собираюсь, спускаюсь вниз и… из груди вырывается злой рык при виде своей машины.
Сучонок!
Лекс разбил мне лобовое, отбил зеркало и порезал передние колеса. Уверен, что это он.
— Сочувствую, — рядом появляется сосед. — Ментов вызвать?
— Нет, я сам разберусь.
— Вандалы. Подкинуть тебя? Я через центр поеду, — предлагает он.
— Давай, а то я сейчас такси до одурения ждать буду. Час-пик.
Обсуждая с ним зарубежный и отечественный автопром доезжаем до клиники. Благодарно жму его ладонь и иду внутрь. Персонал приветственно кивает.
Девчонки помоложе кокетливо улыбаются. Раньше мог себе позволить оглянуться, оценить симпатичную медсестричку во всех ракурсах. Теперь кроме Ритки никого не вижу, все смазалось.
Захожу к себе в кабинет. На меня тут же вываливается шквал информации, скопившийся за время моего отсутствия. Плюс два пациента из постоянных уже записаны. После обеда еще двое и море административной работы.
Отвлекает нетипичный шум и повышенный тон женских голосов. Дверь кабинета открывается без стука. Входит Ольга.
По взгляде молнии и …слезы.
Черт!
Стараясь держаться спокойно, обхожу ее, закрываю за спиной жены дверь.
— Значит это правда? — вздыхает она и крупные слезинки срываются с ресниц на щеки. — Ну конечно же правда! — сама отвечает на свой вопрос. — Ты не мог столько времени обходиться без секса. Я же знала… Догадывалась, — всхлипывает. — Но с кем, Рад! С медсестрой! Еще ниже ты меня опустить не мог? А чего не с уборщицей, а?! — кидает сумку на пол и бьет меня кулаками в грудь.
— Оля, у меня к тебе ничего кроме брачного договора нет, и ты это знаешь, я не скрываю.
Ты красивая, умная женщина, достойная любви своего мужчины. Только я — не твой мужчина. Мы пытались вначале поиграть в семью, не получилось.
Она садится на край дивана и плачет, закрыв ладонями лицо. Сажусь перед ней на корточки. Тяну за руки, чтобы открылась.
— Я люблю тебя, — шепчут ее губы. — Я всегда любила тебя, Рад!
— А я не могу себя насиловать. Это так не работает, Оль.
