Приложив руки к покрасневшим от смущения щекам, я наблюдала за происходящим на улице. О своем бесстыдном поведении я решила подумать потом.
– Отойди от машины и перестань размахивать пакетом, – холодно заговорил Руслан, пробиваясь сквозь гневный непрерывный монолог мужчины. Его жесткий тон возымел действие, бомж замолчал. Покачиваясь из стороны в сторону, он все еще сурово смотрел на Аварова.
– Занимаетесь непотребством в общественном месте! – погрозил мужчина указательным пальцем. – Я сейчас позову наряд патрульно-постовой службы, пусть вас арестуют.
– А ты, я вижу, блюститель морали? – строго спросил Руслан, делая шаг к мужчине. – С себя начать не желаешь, уважаемый? Еще одно бранное слово, и ты точно отправишься в обезьянник.
– Мне угрожать бесполезно, – мужчина стоял на месте, но в следующую секунду его понесло назад, ноги заплелись, и он упал на землю. Не поднимаясь, он продолжил свою мысль: – Ты прав, я здесь лицо глоубо… голубо… глубко… глу-боко-уважаюмое. – наконец выговорил нетрезвый житель мегаполиса.
Вздохнув, Руслан посмотрел на меня, а затем подошел к мужчине, поднял его за плечи, подтащил к зданию магазина и прислонил к стене.
– Сиди, не вставай, пока голову не разбил. – я уже вышла из машины и подошла к ним. – Олеся, достань из кармана портмоне, сходи, пожалуйста, купи бутылку водки и мыло.
Я не стала уточнять, зачем. Засунула руку в задний карман брюк Руслана и достала бумажник. Это было так интимно – касаться его ягодицы даже через слой одежды.
– Наличные есть? – уточнила я, не смея открыть кошелек.
– Да, Олеся, не стесняйся, – улыбнулся он мне.
«Не стесняйся? Легко сказать!»"
"Я еще от поцелуя не пришла в себя…
Сходив в магазин, я купила все, что просил Руслан, добавив к этому упаковку своих любимых кексов.
– Ты проголодалась? – увидев у меня сладости в руке, спросил Аваров.
– Нет. Это я ему… Можно?
– Конечно. Иди, отдай. – оставив возле неприятно пахнущего мужчины коробку, я вернулась к Руслану, который уже стоял у обочины.
– Вымою руки и поедем. Закатай мне рукава, – попросил он. Выполнив просьбу, я распаковала мыло и открыла бутылку водки.
Как только я стала лить спиртное на руки Руслану, бомж открыл глаза и принялся ругаться:
– Вы что, звери, делаете?! Куда водку льете?! – еле ворочая языком, кричал тот, сопровождая все это бранью.
– Не вставай! – обернувшись, приказал ему Аваров, когда тот попытался подняться. Два раза намылив руки и смыв мыло, Руслан поблагодарил меня.
