– Олегу нужны акции компании, с помощью которых он безбедно заживет и продолжит попадать во всякие неприятности, убивая своим поведением родную мать. Олеся – средство достижение цели. В завещании написано, что я должен одобрить кандидатуру невесты, и если раньше я уверено мог сказать «нет» выбору брата, то против кандидатуры вашей дочери у меня не может быть возражений. Олег подаст в суд и выиграет процесс.
– Понятно, печешься за свое состояние, – сделал он неправильные выводы.
– Не совсем. Я не хочу, чтобы мачеха и ваша дочь пострадали.
Если у него получится достичь цели, так и будет.
Я не имел желания становиться убийцей сводного брата, но когда я видел переживания Ирины, когда я замечал, как Олеся грустит, расстраивается, сдерживает в себе обиду, мне хотелось хорошенько съездить по физиономии Олега. А мой профессионально поставленный удар он точно не выдержит, если я выйду из себя. Все, что было до встречи с Лесей – цветочки. Я даже после смерти Вики и отца смог сдержать свою ярость, чтобы не принести в дом еще большей беды, но сейчас готов был защищать эту девочку ценой собственной свободы и жизни.
Я обещал отойти в сторону, если она попросит. Даже представить сложно, как я смогу это сделать. Легче сломать себя, чем вырвать из груди душу! Несмотря на это, я заставлю себя уйти из ее жизни, но только если рядом с ней окажется достойный мужчина, который наполнит каждый ее день счастьем. Но Олег уничтожает все, к чему прикасается, и прежде, чем он испортит ей жизнь, жизнь ему испорчу я.
– Руслан, – прервал затянувшееся молчание Владимир Юрьевич, – я все равно не могу понять до конца ваших мотивов.
Вы не обижайтесь на старика, но я многое видел в жизни, вы мне не договариваете.
– Все может быть, – для первого знакомства я и так слишком многое сказал и показал. Если я добавлю, что желаю увести у брата невесту, неизвестно, как он это воспримет. Я для него чужак, который ничем не лучше брата.
– Время позднее, вам ехать пора, а мне отдыхать, – поднялся он со скамейки. – Вы как-нибудь заезжайте в гости, мне с вами интересно будет пообщаться, – беспокойство его мне было понятно, поэтому отказывать я не стал.
– На днях постараюсь заехать. Всего доброго, Владимир Юрьевич.
– Спокойной ночи, – неспешно направился он к подъезду.
Вернувшись в автомобиль, я посидел немного, было о чем подумать, а затем взял мобильник и набрал Олесе.
– Да, – услышал я в трубке расстроенный голос.
– Что-то случилось? – напрягся я, подозревая Олега в ее плохом настроении.
