Невеста Моцарта

— Дорогая, напомни, как называлась строительная компания, что кинула твоего отца?

— Строй-Резерв? — с опаской спросила я.

— Дядя Ильдар? — я не собиралась спрашивать правда ли это. Я знала — правда от первого до последнего слова. И, может, виновата Маргарита во мне, но сейчас я даже немножко гордилась тем, что господин Сагитов узнал про «Строй-Резерв» не от меня. А ещё я точно знала, что ни за что не услышала бы тот телефонный разговор, если бы Моцарт этого не хотел. Я только выводы сделала неправильные.

Я думала Моцарт хотел подставить отца, а он метил куда выше — в зам прокурора.

— Дядя, Ильдар, «Строй-Резерв» заплатил папины деньги Госстройнадзору? Господин Тоцкий их получил?

Он долго молчал, глядя на салфетку в руках, а потом сдержанно кивнул.

— И всё? — возмутился Моцарт. — Куда же делось ваше красноречие, Ильдар Саламович? Вы так подробно рассказывали крестнице о недобросовестных строителях, о мошенниках, что кинули её отца.

Уверен, и про два мешка цемента и охапку досок, что от них остались, не забыли упомянуть. И об ответственности за дачу взятки, что грозила её отцу, не смогли умолчать. Вот только про ответственность за получение взятки должностным лицом в особо крупном размере забыли упомянуть. И про то, что пятая часть этих денег шла лично вам. И как жиденько вы обкакались, когда ваш друг господин Мелецкий пришёл писать заявление, а оказалось, что «Строй-Резерва» и не существовало никогда. Этот запах, уверен, ударил вам не просто в ноздри, он до сих пор стоит у вас поперёк горла. Даже после спешной отставки Тоцкого. Даже после того, как вы громко заявили своему, простите, другу, что не сойти вам с этого места, но вы достанете мошенников из-под земли, неужели вы всерьёз думали, что сможете выставить виноватым меня? Неужели не поняли, что это не доктора исторических наук, члена РАН и сенатора верхней палаты парламента господина Мелецкого, это вас, господин будущий прокурор города, подставили? Неужели всерьёз думали, что у вас получится выйти сухим из воды? Хотя… с изобретательностью у вас, честно говоря, не очень.

Моцарт снова махнул бармену, глянув на мой пустой бокал.

— Если я выпью второй, меня придётся нести, — ткнулась я в его плечо.

— Не волнуйся, детка, я донесу. Как всегда, — улыбнулся он мне, погладив по спине, и повернулся к дяде Ильдару.