Невеста Моцарта

— И кто такой этот Вальд? — поймал я её руку. Пусть и не надеется, что я её теперь отпущу.

— Думаю тот, с кого всё началось, — посмотрела Женька осуждающе. — Это его картины и его коллекция, что украли сорок лет назад, — она достала из кармана маленький блокнотик и открыв, стала зачитывать: — Скрипка, ценная монета, прядь волос Наполеона, несколько картин. Ван Эйк, Рембранд, Вермеер, Мане, Дега.

— Нумизматика! — воскликнул Антон, глядя на меня. — Это же оно? Монета?

— А мне больше понравился клок волос Наполеона.

У тебя не указано откуда он его выдрал? — подмигнул я и забрал у неё блокнот. И даже краем глаза глянув, присвистнул. То, что я увидел на полу, меня сразило. Но то, что она узнала помимо этого, поразило ещё больше. — Похоже, ты знаешь больше нас.

— Похоже, тебе надо жениться на моей маме, а не на мне, — забрала она свои записи. Антон заржал. А я покаянно повесил голову.

Не знаю, любил бы я её больше без её язвительности, но определённо не меньше. И, может, в силу возраста она пока была порывиста и слишком поспешна в своих суждениях, но ведь умна как чёрт.

— Большую часть того, что я узнала, мне рассказала она, — прозвучал её голос обвиняюще. — Но давайте начнём с того, как эта история началась для тебя.

— Так же, как и для Антона, душа моя, — улыбнулся я, обнимая её.

Надеюсь, Бринн сейчас скрипит зубами. Да, чувак, тебе я искренне сочувствую, но девчонка моя.

А вот Ваня пусть мылит верёвку. Потому что нельзя просто взять и поцеловать мою девушку и не ответить за это.

И Ваня это знал. Как знал и то, что мы срочно вывозим сервера и это займёт много времени. Что мы оглохнем и ослепнем. Что людей не хватает. И я не буду следить за своими, но рано или поздно всё равно узнаю.

Нет особой чести в том, чтобы поцеловать юную неискушённую девочку. Нет и её вины, что тридцатилетний мужик знает, как сделать приятно и ей понравилось. Но это был не просто поцелуй — это был вызов.

Я это знаю. Он это знает.

Он знает кто я. Я знаю — кто он.

И я эту перчатку поднял.

— Мне просто не повезло родиться сыном чёртова Сатаны, малыш, — поправил я подушку и едва сдержался, чтобы не охнуть. Сука, поторопился я с выводами — бок болел. — Хоть я отца и не знал. И всего пару дней назад первый раз увидел. Но мама просила передать ему письмо, что я как-то написал ему в детстве. Мне было года четыре, я даже буквы ещё толком не знал. И думаю, просто переписал то, что она мне диктовала. Там, где она мне сказала и всё.