Невеста Моцарта

 — Но и я немного подсократил заказанную вами программу. — Всю эту банальщину с шарами, вертолётами…

— Но мы же дого… — хотел было возмутиться папаня, но осёкся под моим тяжёлым взглядом. — Да, да, я понимаю, — он сник. — Не мне вам указывать. Зря только я ей пообещал. Но с другой стороны собаку я ей тоже обещал, — он грустно вздохнул, — но так и не подарил.

— Ресторан сегодня работает до последнего клиента только для вас, — радушно развёл я руками и гаденько улыбнулся. — Наслаждайтесь!

Ах ты хитрый старый хрыч, вляпавшийся в крупные неприятности! Ты решил, что я и правда устрою твоей дочурке полный блек-джэк с мадмуазелями и преферансом? Расстараюсь хер знает на сколько бабла ради чего? Чтобы у твоей взбалмошной дочурки с охуенными запросами была, блядь, днюха, которую из космоса видно? А не охуел ли ты, дядя?

— Инджой! — развёл руками на манер «Гуляют все!» Патефон, вторя мне.

Но на его счастье вторил в сторонке, пугая своим гнилым металлоломом во рту гостей, и больше не лез под руку.

— Я скажу вам, когда, — неловко кашлянул отец моей будущей невесты.

— Нет, это я скажу вам, когда, Игорь Вениаминович, — с нарочито плотоядным интересом рассматривал я стройную девочку с балетной выправкой, принимающую поздравления и подарки.

Красное кружевное платьице. Длинная шейка. Светлые волосы, замысловато убранные наверх.

Приятная девочка. Миленькая. Улыбчивая. Совершеннолетняя, между прочим. Я, сука, два месяца ждал, когда ей стукнет восемнадцать. Два месяца наблюдал как она втайне встречается с дёрганным пучеглазым гандоном на дорогой тачке, что обиженно дул губы каждый раз, как она убирала его потную клешню со своей задницы.

Два месяца видел, как выбегает довольная с экзаменов или плачет, думая, что её никто не видит. Два месяца думал: а нужна ли она мне, и хочу ли я во всё это ввязываться.

Поэтому пусть её сраный папаша, продавший любимую дочурку за мои скромные услуги, подёргается, видя, как скользят мои бесстыжие глаза по её точёной фигурке и останавливаются в местах, куда ещё никто и не заглядывал.

Вдоволь напялившись, чтобы старый хрыч достаточно настрадался, я пошёл за столик, накрытый отдельно. Выпить, закусить, покалякать с парнями о своём.

— Не боишься, что он передумает? — тихонько шепнул мне Патефон, подсаживаясь рядом.

— Пф-ф-ф, — отломил я кусок чёрного хлеба и, опрокинув рюмку водки, занюхал. — Это он пусть боится, что я передумаю. Мне жену найти не проблема. А вот он свои проблемы без меня не порешает, — всё ещё рассматривал я девчонку.