Невеста Моцарта

— Тебе не всё ли равно? — сестра смерила меня взглядом, полным злорадства и, глянув в зеркало, поправила вырез очень дорогого и очень красивого платья. Тоже красного, как и у меня, но совсем другого фасона. — Скажи, Жень, неужели ты и правда думала, что тебя ждёт другая участь? Неужели рассчитывала, что своё любимое солнышко отец пожалеет и выдаст замуж по любви?

— Ничего я не думала, — посмотрела я на неё упрямо и пошла помочь маме. Подала сумочку с таблетками и косметикой. И принялась укладывать её растрепавшиеся волосы.

 — Но кого бы отец ни выбрал, я не сделаю так, как скажет он. Не выйду замуж по его указке. И ни за что не поступлю так, как поступила ты — безропотно не соглашусь. Потому что я — не ты!

Она дёрнулась как от пощёчины.

— Ненавижу вас всех, — покачала головой, отступая к двери. — Ненавижу!

И выбежала, хлопнув дверью так, что мама вздрогнула.

Я закрыла глаза, чтобы не расплакаться. Но лишь потому не разревелась, что усиленно цеплялась за единственную мысль: а, может, это всё же Артур? Пусть жалкая, но надежда во мне ещё теплилась.

 Вдруг я его просто не заметила в зале?

По папиным меркам Артур был именно то, что надо. Старше меня на четыре года. Из хорошей семьи. В этом году поступил в магистратуру факультета международных отношений. Его отец был уважаемым серьёзным человеком. И вертолёт — это точно про него. Он такой романтик!

Я даже невольно улыбнулась.

Только как папа узнал? А, может, Артур сам попросил моей руки? Потому и просил никому не рассказывать про наши отношения, что хотел устроить грандиозный сюрприз?

— Всё хорошо, мам! — обняла я её худенькие плечики, закончив с причёской.

 — Всё будет хорошо. Я тебе обещаю. Мы же Мелецкие! Давай выпьем шампанского и пойдём веселиться! — я выхватила бутылку из ведёрка со льдом. — В конце концов, мне сегодня восемнадцать!

Я отпила прямо с горла и протянула ей бутылку.

— За тебя, моя девочка! — подняла она бутылку и открыла мне дверь.

— А вот и она! — раздалось в зале.

Зазвучали аплодисменты, и радостное возбуждение, с каким гости поднялись поприветствовать вернувшуюся именинницу, прокатилось по залу.

Её отец, стоявший напротив меня, кашлянул.

— Сергей Анатольевич, не поймите меня неправильно, но этот день очень важен для Евгении. В общем, я не стал ей пока ничего говорить… про вас. Вы не подумайте, все договорённости в силе, — спохватился он, пока я молча изучал его выбритую до синевы рожу.

— Тогда и вы не поймите меня неправильно, Игорь Вениаминович, — растянул я губы в улыбку.