Невеста Моцарта

И сейчас так спокойно говорит, что Марго подруга его отца, что я не понимал: он знает, что Лука и есть его отец? Или рыжая карга так запудрила ему мозги, что он думает: Лука — это Лука, а его отец кто-то другой?

А когда чего-то не понимаешь, нет ничего лучше прямых вопросов.

— Ты знаешь кто твой отец, Антон? — пошёл я дальше, и он поторопился за мной.

— Я знаю, что он был плохим человеком и этого мне достаточно. Он говорил, что любит маму, хоть и приезжал нечасто, — звучал его голос бодро и честно, как у пионера.

 — Но, когда она написала ему, что беременна, ответил, чтобы она от меня избавилась, дети ему не нужны. И больше его не видела.

— И ты ничего не хотел о нём знать? — обернулся я, чтобы снова на него посмотреть.

Сын Луки?! Да твою же мать!

— Я бы хотел сказать, что не хотел: раз я ему был не нужен, он мне тоже не нужен, — тяжело вздохнул он. — Но я был маленьким и нуждался в отце, а мама категорически запретила мне про него спрашивать, сказала, что он умер.

Поэтому пока я рос, сам придумывал про него разные небылицы. Особенно когда узнал от Марго, что он был уголовным авторитетом, — он неожиданно покраснел, смутился, одёрнул свитер и только потом снова поднял на меня глаза. — Я не хотел верить, что его действительно убили.

Какой упрямый мальчик, усмехнулся я про себя, хоть ни черта и не понял какого хера этот крысёныш краснеет и мнётся как девица.

— А мы куда? — теперь остановился он, когда, вместо того, чтобы пересечь вестибюль первого этажа, я пошёл дальше вниз.

— Туда, — махнул я ему рукой, приглашая за собой в подвальный этаж.

И охранника, что там стоял, тоже пригласил.

— А мы разве не на дело? Наш же ждут, — робко оглянулся Антон на выход.

— Подождут, — не останавливаясь, сбежал я по лестнице.

Парнишка напрягся, но всё же пошёл следом.

И побледнел, когда я открыл перед ним бронированную звуконепроницаемую дверь, а у охранника из кобуры вынул служебный ИЖ-71.

— Заходи, — махнул я стволом, приглашая Антона внутрь, и запер за ним дверь.

Нет ничего лучше прямых вопросов, когда прямо в лоб тебе смотрит ствол.

Парень чуть в обморок не упал, увидев перевёрнутые стулья, кольца верёвок и бурые пятна на бетонном полу. Для чего предназначалось это помещение с цепями, подвешенными к потолку, и пуленепробиваемыми матами, расставленными вдоль стен, не вызывало лишних вопросов. Оно выглядело как пыточная. Но я знал, как оно используется ещё.