Невеста на один день

– Коннор, – тихо говорит она, нежно похлопывая меня по ладони, словно я ручной песик, которым можно управлять по команде. Я мгновенно затихаю, зная по ее слишком сладкой улыбке, что она собирается нарезать этого парня на куски, и я, со своей стороны, не могу дождаться, чтобы посмотреть шоу.

Улыбка Поппи приобретает тот маниакальный блеск, который я видел раньше, тот, который она показывала парню из ломбарда, которого она упорно называет «приемным папой» Гэри.

– Я, ну… нет, я никогда… – Эдна брызжет слюной, прикрывая рукой жемчуг, буквально сжимая его в ужасе.

– Никогда? О, дорогая, как трагично. – На ее лице появляется грустная улыбка, и Поппи, понизив голос, продолжает: – Вот что я вам скажу: я пришлю вам копию моей книги-бестселлера. Райкер и Эмбер послужат вам примером. Пользуйтесь на здоровье и не благодарите. – Поппи подмигивает с открытым ртом, как будто делится каким-то великим секретом. – Одно предупреждение… там есть анал. Возможно, это немного чересчур для начала, но вы посмотрите сами, что вам больше понравится, ладно?

– Анал? – заикается Эдна.

Поппи широко улыбается, намеренно не понимая ее реакцию.

– О, Эдна! Да вы непослушная шалунья! Не волнуйтесь, если анальный секс – это то, что вас привлекает, я опишу его в мельчайших подробностях. Знаете, что главное в недвижимости? Локация. Так вот, в анальном сексе главное – это смазка. Смазки много не бывает, правда, детка? – спрашивает меня Поппи.

Я протягиваю руку и хватаю ее задницу, вульгарно сжимая.

– Смазки много не бывает, – соглашаюсь я.

– Ты что, спятила? Я никогда! – восклицает Одри, и я ухмыляюсь, присваивая победу себе и Поппи.

– Конечно, конечно. – Решив, что лучше уйти, я беру руку Поппи в свою и говорю собравшейся семейной группе: – Прошу нас простить.

Я сжимаю челюсть и стискиваю зубы, чтобы побороть смех, рвущийся наружу.

Мы уходим, оставляя изумленных родственников. Пусть посплетничают.

– Знаешь, мы только что подтвердили их убеждения, – шепчу я, как только мы оказываемся вне зоны слышимости, – что я полный дегенерат, и все, кто проводит со мной время, должны быть такими же негодяями.

Поппи пожимает плечами, как будто в том, что только что произошло, нет ничего страшного.

– Не важно, насколько ты вырос. Некоторые люди никогда этого не заметят. Их мнение уже сложилось, и они не хотят видеть, что обстоятельства могут быть другими.

– Но это не значит, что я должен с этим мириться, – бормочу я. – И уж тем более это не значит, что ты должна.