Более того, он пишет, что его достопочтенная супруга желает лично патронировать мою дочь и подобрать ей подходящую партию на ярмарке невест. Если откажусь, впаду в немилость. Могут даже мои земли отобрать!
В этот момент я впервые испытала сочувствие не только к Эльвине, но и к самому маркизу.
– Вы хотите моего совета? – тихо спросила я."
"– Совета? – Пэмбрук залился каркающим смехом. – А ты презабавная девчонка, доложу я. Как смеешь говорить подобное? Если б не дело, ты сию же минуту была уволена за наглость!
– Дело?
– Вместо моей дочери в столицу поедешь ты, – жестко ответил маркиз.
– Весь сезон будешь играть ее роль, участвовать в бале дебютанток и во всех этих светских мероприятиях. Будешь вести себя, как подобает леди, чтобы не ударить в грязь лицом перед королем и королевой. И всеми остальными напыщенными павлинами. А еще станешь отваживать всех женихов, которых они будут пророчить моей дочери. Когда сезон закончится, ты будешь свободна. И она тоже. Эльвине минет двадцать пять лет – крайний возраст для ярмарки невест.
В следующем году о ней и не вспомнят. И мы заживем счастливо, как раньше.
Едва дослушав его речь, я вскочила с кресла.
– Милорд! При всем уважении, я не могу на это согласиться!
– Как будто кого-то интересует твое мнение, Клара… Или как там тебя?
Пэмбрук демонстративно поднял магический гримуар, в котором я, кажется, целую вечность назад оставила свою подпись.
– Ты нанялась ко мне в работницы, и я поручаю тебе работу. Исполняй ее!
– Я нанималась на кухню, маркиз.
Ни о чем подобном и речи не шло.
– Магической книге все равно. Ты покоришься ее воле, помощница кухарки!
Я хотела возразить, но почувствовала неуловимые сети магии, исходящие от гримуара в его руках.
Все мое существо протестовало, и все же я вынуждена была присесть в реверансе:
– Как повелите, милорд. Но моя магия – простецкая. Никто не поверит, что я леди.
– Весьма и весьма смышленая девчушка. Я позаботился об этом и раздобыл редкий артефакт. Морфоз. Пока он на тебе, он меняет природу твоей магии с простецкой на благородную.
Это очень дорогая побрякушка. Потеряешь – будешь всю жизнь на меня трудится!
И маркиз протянул мне кулон на тонкой цепочке – рубиновое сердце в окружении жемчужин.
– Вот еще что… Мне стало известно, что в столице у тебя есть отец, который содержит таверну. Ты вроде бы помогаешь ему?
Какая низость! Кажется, маркиз Пэмбрук прочитал мои письма и узнал о том, что все жалование я отправляю папе.
– Так и есть, милорд.
