Невеста на заказ

Почти перед тем, как ты пришёл за нами.

Когда я узнала сама, то испугалась, признаться. Когда сделала тест — мне подурнело от одной только мысли, что это может быть ребёнок Альбина. И лишь обдумав всё и взвесив, я догадалась, что такого просто не могло случиться. В тот миг, когда произошла единственная нежеланная мной близость с мар-Говином, в моей крови ещё был зачарованный Гелленом эликсир. А действие его прекратилось, видно, во время того ритуала и возвращения мне благословений. А мы с Маэлем не сдерживались, вновь оказавшись наедине в имении его отца.

Выслушав меня, Маэль вздохнул, на миг одеревенев. А в следующий — расплылся в улыбке, как всегда вгоняющей меня в сладостный, головокружительный ступор. Как он так умеет? Почему на мою голову ему дана настолько обезоруживающая, манящая меня внешность — ко всем другим не менее важным достоинствам?

— Это же прекрасно, — он крепко прижал меня к себе. — Мне жаль, что я не видел того, как ты носила под сердцем моего первого сына.

Он приблизил своё лицо к моему, его голос стал чуть хриплым, таким глубоким, что в позвоночнике становилось горячо.

— Что именно? — я провела ладонями по его щекам, коснулась кончиками пальцев волос у висков. — Беременнеть от тебя? Знаешь, если вспомнить то, как часто мы набрасывались друг на друга… в этом нет большого чуда.

Маэль рассмеялся, качая головой, и с явным намёком скользнул ладонями вверх по моей спине.

— Это тоже. Но я о другом. Как тебе удаётся постоянно делать меня счастливее, чем я был мгновение назад?..

— Я хотела спросить тебя о том же…

Теперь муж прижался к моим губам в долгом, пронзительном поцелуе. И на миг я даже позабыла, где мы находимся. Что вокруг много посторонних глаз. И что все они сейчас, кажется, уставились в нашу сторону.

— Надеюсь, делать друг друга счастливыми станет нашей доброй традицией, — прошептал Маэль, лишь немного отрываясь от меня.

Мы вернулись к гостям — принимать торжественные поздравления. Отец первый раз, наверное, с того мига, как я вновь появилась в Керальсаге, обнял меня, как дочь. Я не стала отстраняться. Не стала возвращаться мыслями к своей обиде на него.

Наверное, потому что все мы в этот день встали на пороге чего-то нового. Того, что нам ещё предстояло преодолеть.