— Но когда из этого ничего не вышло, он.., ну, теперь, я думаю, он собирается найти меня и свернуть мне шею.
— То, что ты сделала с ним, — просто чудесно, Алике. Жаль, что я не видел, как он носится в этом ручье и ловит свои штаны и ботинки. Насколько я помню, там полно камней, которые здорово колют ноги.
— Я понимаю, что не должна об этом с тобой говорить. Тони, но у меня больше никого нет. Я поступила глупо, сказав, что люблю его. Это как-то само собой вырвалось у меня. А он уверял, будто все, что я чувствую, и все, что чувствует он — это похоть, будто любовь — это чепуха и что от одного упоминания о духовном единении он становится больным.
— Прямо так и сказал?
— Ну не совсем такими словами. Я просто выразила его мысль. У него это вышло еще более оскорбительно и цинично.
— Но как ни крути, теперь он все равно — твой муж, и я клянусь тебе, Александра, что если мужчина находит с женщиной удовольствие в постели, то за этим удовольствием последуют и другие, если оба они проявят достаточно благоразумия. Ты любишь Дугласа.
Половина битвы выиграна. Даже больше половины, потому что он сходит с ума от одного прикосновения к тебе. Вот увидишь. Завтра будет прием. Сразу после него мы с Мелисандой уедем. И ты сможешь больше не беспокоиться из-за моей прекрасной колдуньи. Да и вообще, мне кажется, Дуглас уже начал задаваться вопросом, каким образом он смог бы с ней поладить.
— Я до сих пор не могу поверить, что она позволяет тебе называть себя Мелли."
"— Да я и сам терпеть не могу это имя. Мелли! Оно вызывает ассоциации с какой-нибудь тяжеловесной рябой девицей.
Но важно, чтобы она научилась слушаться меня. И если бы мне захотелось называть ее “кошечкой”, то она и с этим должна была бы согласиться, потому что это исходит от меня, ее мужа и повелителя.
Александра, пораженная, смотрела на него.
— Ты ужасаешь меня. Тони. Тони оскалил зубы:
— Да нет, не так уж я страшен. Просто как бы я ни любил твою сестру, я никогда не позволю ей быть главной. Ах, кажется, я вижу твоего жестокого мужа, и он идет к нам.
Любой нормальный человек остановился бы хоть на минутку, чтобы посмотреть на эти статуи, но не таков Дуглас. У него такой вид, словно он собирается кого-то убить. Это должно быть интересно. Хочешь, я уведу его отсюда?
— Нет, а то еще вызовет тебя на дуэль или опять затеет драку.
Она покачала головой:
— И тогда мне придется встать на его сторону, Тони.
— Очень даже возможно. О, кажется, мы спасены. Мелисанда, она приближается к нему со своими акварелями.
