Она выглядела очень задумчивой. Это обстоятельство насторожило герцога, так как на то должны были быть достаточно веские причины. Опасаясь нанести малейший ущерб своей внешности, она обычно избегала умственного напряжения, от которого на ее мраморном лбу могли появиться морщины. Слава Богу, скоро все ее страсти, вздохи, обиды и доводившие его до изнеможения вспышки гнева станут предметом забот другого мужчины. Это, конечно, нелегкий груз, но зато этот человек получит в жены самую прекрасную женщину в Англии.
Герцог задумался, достаточно ли этого для счастья.
Он симпатизировал графу Нортклиффу и считал его неплохим человеком. Он не находил графа таким уж серьезным и суровым, как характеризовала его дочь. Напротив, время от времени до него доходили слухи, что граф не чужд никаких человеческих радостей и умеет неплохо повеселиться в компании повес, хотя и не афиширует этого, как всякий умный человек.
Нет, такой шанс выпадает только раз в жизни, подумал герцог. И он его не упустит. Его дочери не на что жаловаться.
Она выйдет замуж за молодого, красивого и богатого графа, а семья будет спасена от разорения.
Глава 4
— Ну, что ты скажешь на это, Алике? Выходить мне за Дугласа Шербрука?
Зачем, думала, глядя на сестру, Александра, люди всегда притворяются, будто интересуются чужим мнением? Почему-то она располагала людей к тому, чтобы поверять ей свои самые сокровенные тайны и спрашивать ее мнение, но, конечно же, она никогда не ожидала, что кто-нибудь станет следовать ее советам.
Подняв голову, она произнесла ясным чистым голосом:
— Я думаю, Дуглас Шербрук достоин самой красивой женщины в мире.
Мелисанда, носившаяся по своей спальне, будто молодой жеребенок, встала как вкопанная.
— Что ты сказала?
— Я сказала, что Дуглас Шербрук…
— Это я уже слышала! Значит, если бы я решила выйти за него, ты была бы этому рада? Александра задумчиво смотрела на сестру.
— Надеюсь, Дуглас Шербрук не обманется в своих ожиданиях.
Мелисанда уже почти убедила себя в том, что предложение графа — это как раз то, что ей нужно, как в комнату, словно маленький смерч, влетела их мать.
Леди Юдит, с красными пятнами на впалых щеках, всплескивала руками и кричала:
— Твой отец только что сказал мне, что выдает тебя замуж за графа Нортклиффа на следующей неделе, если успеет все устроить. И это означает, что мы не поедем в Лондон! Ах, он просто невозможен! Что же нам делать?
— Ты же знаешь, мама, — мягко вступилась за отца Александра, — у нас не так много денег.
