Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

– Это, конечно, горько, когда твоя возлюбленная предпочитает тебя дворецкому… – продолжил отец, ласково похлопывая Матиса по плечу, – …надеюсь, Теодор его уволит…

– Отец, – перебил Матис и с отчаянием самоубийцы признался: – это не Адель.

– Да. Я ведь и искал тебя, чтобы кое-что рассказать.

– Оставлю вас наедине, – Теодор решил быстренько ретироваться из кабинета.

Не завидовал он брату. Сейчас тот расскажет отцу правду и получит такую взбучку. Вот тут ему и пригодится умение стойко переносить удары… кхм… судьбы.

Хорошо, что вот-вот начнётся приём, и мама придёт забрать отца встречать гостей. Надо было срочно спасать брата – поторопить маму.

Глава 45. Медведь неотёсанный

Бальный зал сверкал сотнями огней, которые отражались в натёртом до зеркального блеска полу. Леди в роскошных платьях, джентльмены в парадных камзолах. Музыка, улыбки, реверансы, шепотки – ух! Николетт ещё не приходилось бывать на таком грандиозном приёме. Наверно, у неё сейчас сердце зашлось бы в суматошном ритме от волнения, если бы не Мариэлла.

Та так тряслась, что о собственных чувствах пришлось забыть – нужно было всё внимание уделить сестре.

Папенька уже рассказал ей, что помолвка с Андре разорвана и идут переговоры с господином Валуа. Лучше бы не говорил. Мариэлла теперь умирала от страха и смущения.

– Он тоже приглашён на приём, – прошептала бледными губами, как только они вошли в бальный зал.

Когда-то сестра была очень дружна с Валуа. Мариэлла призналась, что до сих пор вспоминает их совместные прогулки.

Он был нескладным юношей. Немного нерешительным, но добродушным. Потом родители отправили его в столицу учиться. Мариэлла и Николетт не видели его уже несколько лет. И вот он снова вернулся в родное имение и начал с того, что посватался к Мариэлле. Интересно, как он изменился за это время?

Николетт высматривала его среди гостей. У Мариэллы духу хватало только на то, чтобы разглядывать носки своих туфель и бесконечно поправлять складки на юбке. Сестра уже успела внушить себе, что как только Валуа увидит её, сразу разочаруется.

– Он столько лет прожил в столице. Привык к обществу самых изысканных леди! – сокрушалась она.

– Ты ничуть не хуже любой столичной модницы, – успокаивала Николетт.

Светло-голубое с нежным кружевом платье действительно очень шло сестре, пусть и не стоило бешеных денег.

– И потом, не забывай, это не папенькина инициатива, – подбодрила Николетт. – Валуа сам посватался.

Мариэлла лишь сильнее побледнела.