Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

Глаза Андре горели нетерпением:

– «Коснётся луч вечерний западной стены, чтобы заметной сделать нишу в ней».

Николетт и Августа специально придумали такую туманную и в то же время заманчивую фразу. Наверняка, Андре покажется, что всё просто – тайник в нише, ниша – в западной крепостной стене замка. Днём незаметна, а на закате становится видна. Решив, что разгадка так близко, он загорится желанием как можно скорее обследовать стену. Николетт и Августе останется только подстроить так, чтобы Мариэлла своими глазами увидела жениха за поисками тайника.

Тогда, наконец-то, поймёт, что тот её использовал лишь для того, чтобы добраться до сокровищ. Чутьё подсказывало, что Андре не терпится прямо сегодня бежать искать тайник, но ему же надо отвезти невесту домой. Что ж, Николетт ему поможет – избавит от этой необходимости.

– Милорд, я вижу, вы так рады, что наконец-то узнали, где хранится ваша семейная реликвия. Доставьте радость и мне с Мариэллой. Мы так соскучились друг по другу.

Позвольте ей до завтра остаться гостьей замка Рош-ди-Вуар. Я узнавала, лорд Теодор не будет против.

– Да, – тут же согласился Андре, – пусть остаётся. Отправляться в дорогу во второй половине дня неразумно. Я заберу тебя завтра утром, дорогая.

Теодор закончил разбирать документы и собирался пойти в галерею. Любопытно было посмотреть, как продвигаются дела у Матиса. Удалось ему убедить Августу, что он не последний мужчина в королевстве?

Однако идти никуда не пришлось.

Брат сам появился в кабинете. В каком-то странном возбуждении. Даже не стал как обычно пристраиваться в любимом кресле у окна, а начал расхаживать взад-вперёд.

– Повесил, – отмахнулся Матис.

– Надеюсь, тебе удалось впечатлить Августу своей работоспособностью? – подтрунил Теодор.

– Да какой там, – с досадой бросил брат. – Августы не было в галерее. Развешивал картины в гордом одиночестве.

– Куда же она делась?

– Ушла по делам, – недовольно буркнул Матис.

– А чего ты мечешься? – не выдержал Теодор, чтобы не рассмеяться.

Брат наконец-то остановился, чтобы присесть на край письменного стола. Это чем же всё-таки он так возбуждён, что не замечает своей бесцеремонности?

– У меня есть подозрения, что барышни что-то затевают, – таинственно произнёс он. – Что-то очень возмутительное.

– Николетт и Дороти?

От этих двух что угодно можно ожидать. У Теодора в голове сразу пронеслось несуразное предположение.