Но они нам помешали!
Не дав никому опомниться, я рванула в ванную, вернулась с тазом холодной воды и выплеснула прицельно на драчунов.
Вихрь распался, кот и единорог уставились на меня одинаково ошарашенно.
— Вы мои конфеты растоптали! — возмутилась я.
Драчуны переглянулись и прыснули за дверь.
— Мили, ты неподражаема!
— Что это значит? — я отставила таз и подошла к Ирсену.
Он задумчиво качнул головой и сменил тему, вернув мне мою же фразу:
— Тебя можно поздравить с победой? Я про операцию.
— Я уверена, что всё прошло успешно, но окончательного результата ждать несколько дней.
— Мили, я до сих пор не выяснил, кто действует против меня. При всей заинтересованности старшей принцессы, я сомневаюсь, что это она. Противник, кем бы он ни был, начал действовать жёстко и быстро. Я уверен, что он начнёт совершать ошибки и выдаст себя. Но сейчас… Верховная ключница — не та личность, которой отказывают. Она настояла, чтобы решение по твоей методике лечения было вынесено завтра.
— Что?! Но результат…"
"— Я знаю, — перебил Ирсен, поймал меня за руки.
— Я это знаю, но помешать не смогу. Мили, их не интересует лечение людей, их цель — не дать мне увеличить своё влияние. Только не волнуйся, ладно? Каким бы решение ни было, его всегда можно пересмотреть. К тому же у тебя есть козырь. Их обвинения потеряют всякий смысл, как только на твоей стороне появится единорог.
— Но…
— Мелкие неприятности, не заслуживающие внимания. Я сейчас не о них.
— М?
— Когда дядя убедился, что я не под ментальным контролем, он спросил, почему я вписал в его указ именно твоё имя.
Я ответил, что за твоими возможностями стоит не случайное открытие необычного использования своей силы, а некая не известная нам медицинская школа, что ты обязательно получишь признание, и что быть женатым на величайшей целительнице очень полезно для моей скверной репутации, что благодаря тебе я получу огромную поддержку. Дядя принял мои аргументы.
— Завтра описанное тобой блестящее будущее может быть разрушено.
Мне стало грустно.
Получается, если я завтра проиграю, помолвка будет-таки разорвана? Так быстро?
А зачем мне держаться за помолвку, если я не нужна? Мозги, работайте!
— Не разрушено, а отложено, — поправил Ирсен. — Ни я, ни дядя не позволим, чтобы наша страна лишилась новых методов лечения, только потому что кому-то захотелось прорваться к власти. Я же уже сказал об этом не беспокоиться.
— Но тогда к чему этот разговор?
Ирсен крепче сжал мои ладони в своих.
