— За ним ушла Софья, — небрежно отмахивается Катарина, не замечая, как хмурится её бывшая фрейлина. Вмешивать в ритуал ещё и вдовствующую императрицу она явно не планировала.
— Проверь, — бросает Луиза теневику, и тот быстрым шагом выходит из залы. — Скоро всё закончится, госпожа, и вы навсегда станете свободны. Видите ли, не все ваши поданные верны вам так же, как я. — Она небрежно указывает на Виктора, Кристиана и Адриана, за которого цепляется дрожащая Алиса. — Надеюсь, вы позволите проучить этих заносчивых аристократов, когда я обрету силу над проклятыми?
Катарина будто только сейчас замечает, что кроме нас в полумраке бальной залы есть ещё люди.
Вижу, как она колеблется, прежде чем неуверенно кивнуть.
— Луиза хочет лишь мести, — вдруг тихо, но отчётливо говорит Эмиль. — Она прячется за тобой, как за ширмой, Катарина. Не позволяй ей обманывать себя и дальше."
"Я забываю сделать вдох. Что он делает? Зачем злит этих психопаток ещё больше? Императрица взвизгивает, как кошка, чей хвост прищемили дверью.
Она бросается к Эмилю, хватает его за полы расстёгнутого мундира и трясёт, что есть сил.
— Ты! Ты такой же, как Стефан! Ты никогда меня не замечал! Я была для вас обоих пустым местом, ничтожеством, вещью! Стефан использовал меня, как последнюю шлюху, а ты… Я хотела от тебя лишь любви, а ты отверг меня! И теперь вы оба подохнете!
От неожиданности я закашливаюсь. Да когда уже принесут этот треклятый кинжал?! Новых откровений я не выдержу.
— Беспутная девка! — доносится от двери голос Софьи.
Вдовствующая императрица вырывает руку из захвата сопровождающего её теневика и, подлетев к невестке, отвешивает той хлёсткую пощёчину. — Мало тебе одного моего сына, ты обоих решила захомутать!
Во второй руке вдовы зажат кинжал Света. Не успеваю я моргнуть, как Катарина, выпрямившись, вырывает оружие из рук свекрови. Время будто замирает: сталь, тускло поблёскивая в неверном свете ламп, летит Эмилю прямо в грудь, а тот даже не пробует отодвинуться.
Наоборот, он чуть подаётся навстречу.
Я ахаю, понимая: он решил отсрочить ритуал, на сколько это возможно. Треугольник без влитой в него силы — просто нарисованная на полу фигура. Пройдёт время, пока Луиза найдёт новую жертву, пока снова соблюдёт все условия. Возможно, у нас получится что-то изменить, если сейчас князь пожертвует собой.
Эти мысли в мгновение пролетают в моём сознании. Я вся каменею, когда вдруг кинжал замирает в воздухе.
