Невеста тирана (СИ)

Она лишь подняла свечу еще выше, пытаясь рассмотреть разницу:

— По мне — так вылитая!

Сама не понимая, почему, Джулия одернула руку служанки:

— Не выдумывай. Художник всегда рисует идеал. Господу было угодно сотворить сестру таким идеалом. Так чего удивительного, что каждый живописец его ищет в своем воображении и находит облик сестры?

— До такого сходства?

— Днем сама увидишь, что нет никакого сходства. Это все свечи и твоя фантазия.

Альба помолчала, с сомнением таращась на стену, наконец, повернулась, нахмурившись:

— Как вы думаете, сеньора, это праздник? На картине?

Джулия лишь пожала плечами:

— Почему ты спрашиваешь?

Альба повторила жест:

— Не знаю… Не по себе мне от нее.

Вроде, люди радуются чему-то, а на душе будто кошки скребут. Будто кто ставни не закрыл, и с улицы сквозит. Хоть режьте меня!

Джулия поежилась, потерла предплечья, чувствуя то же самое:

— Не выдумывай, Альба. Что-то воображение у тебя совсем от усталости разыгралось.

Сквозит, потому что наверняка где-то щели. Или впрямь ставни неплотно прикрыты. Думаю, ночи здесь все равно прохладные, хоть и юг. Растопи, лучше, камин, мне тоже зябко.

Альба кивнула:

— И то правда, сеньора. Ведь знали, что едем. Могли и свечи разжечь, и комнату протопить. Все какая-никакая забота. А то швырнули, как слепых котят в яму, а дальше — как знаете. Чтобы сеньора Паола когда так гостей привечала! Да никогда в жизни! Вся на изнанку вывернется и челядь изведет, лишь бы все честь по чести, как положено в благородном доме.

Джулия опустила голову, нервно оправила юбку:

— Не надо, Альба. Ведь ты сама все видела и все слышала. Ведь видела?

Альба кивнула:

— С этим стояли. А этот — будто для того и был приставлен, чтобы схватить, если я надумаю свою сеньору защищать. И, ведь, схватил, паразит! И держал! Вот! — она вытянула сжатую в кулак руку, покрутила, что-то демонстрируя; но на руке не было ни следа.

— Думала, оторвет. Так бы и врезала по роже, чтобы в другой раз неповадно было, ну так вспомнила, что третьего дня обещание вам дала. И стерпела.

Джулия схватила ее за руку:

— Альба, пообещай мне еще раз. Всем святым заклинаю! Не задираться ни с кем в этом проклятом доме. Слышишь? Не только с Дженарро. Ни с кем до последней прачки.