Онлайн-библиотека книг
Лил дождь, а зверек жался у каменного бортика, вымокший насквозь. Крошечный, дрожащий. Джулия приняла его тогда за котенка. Забрала, обсушила, обогрела — и безвозвратно влюбилась в мягкую голубую шерстку, огромные трогательные ушки и хитрые золотистые глаза. Он немножечко скрасил горе утраты. Лапушка — другого имени и быть не могло! Как и речи о том, чтобы расстаться с ним. Оставалось лишь догадываться, как этот редкий скрытный зверек оказался в городе.
За три года малыш подрос, стал размером со среднюю кошку. Рядом с хозяйкой не слазил с рук, а в ее отсутствие норовил прошмыгнуть в подвал — излюбленное место охоты на мышей.
Джулия запалила фонарь и спустилась по крутым каменным ступеням. Пошла по низкому сводчатому коридору мимо запертых кладовых и клетей. Одна из дверей была приоткрыта, выбивался лучик дрожащего света.
Джулия неслышно шмыгнула мимо, не желая смущать слуг, углубилась в коридор:
— Лапа! Лапа!
Ответом была лишь тишина, но обычно Лапушка охотился в помещении, где складировали пустые бочки.
Она подняла фонарь:
— Лапушка!
Послышался тонкий мышиный писк, короткая возня, и вот из-за бочки сверкнули золотистые глаза. Лапа снова тявкнул — и уже со всех ног бежал к хозяйке, запрыгнул прямо на руки. Джулия прижала его к себе, буквально чувствуя, как тает сердце от касания к теплой мягкой шерстке:
— Ну, мы же договаривались, не сегодня!
Лапа умно взглянул и повел огромными ушами.
— Пойдем, горе мое!
Она развернулась и пошла обратно, низко неся фонарь, чтобы не слепило зверька. Из приоткрытой двери доносился разговор. Джулия инстинктивно прислушалась
— …словно на похоронах.
— Перестань!
— Сеньора Марена, сказывают, до сих пор вся в слезах. И никак не уймется. Тоже мне, горюшко — одного знатного жениха на другого поменять.
Джулия почесала Лапу между ушами, чтобы зверек затих, и осторожно заглянула в кладовую.
"— Молчала бы ты, бессовестная! Уж глянула бы я на тебя, если бы тебя за чудовище просватали! А мне жалко сеньору. Так жалко, что сердце екает.
