Ему эта красота обломилась от какого-то дальнего родственника, бывшего в Минске проездом. Рыбину выслал Мишке отец специально к Новому году аж с Дальнего Востока, где батя обустроился после развода с Мишкиной матерью. Мать гордо «эту гадость» брать не захотела, и таким образом, наш новогодний подарок приобрел ощутимый вес.
***
Бабушка Татьяна Ивановна, бывшая учительница сельской школы, оказалась высокой, крепкой еще, пожилой женщиной, которая строго взглянула на притихшую толпу студентов и спросила:
-- Ну, голубчики, что сперва? Банька или поесть?
-- Ой, бабуля, мы такие голодные! – Ирина бесстрашно сунулась под руку суровой старухе и, целуя ее морщинистые щеки, приговаривала: – Как же я соскучилась! – Ну, будет, лиса, будет! – добродушно приговаривала Татьяна Ивановна, гладя Ирину по волосам.
Для нашей компании Татьяна Ивановна открыла и протопила соседний полузаброшенный дом. Большой, добротный, на четыре комнаты.
-- Вот здесь, голубки, и устраивайтесь.
Хозяева умерли, а наследник Василь только летом и приезжает, да и то не каждый год. Я, конечно, присматриваю за домом, – тут она огорченно махнула рукой. – Хозяин дому требуется!
Настоящий, чтоб за всем доглядывал. Ну, хоть вам в радость будет. Бельишко вот я принесла, обустраивайтесь.
К вечеру повалил снег. И деревушка, и без того тонувшая в сугробах, стала выглядеть совершенно сказочно.
Пироги Татьяны Ивановны были выше всяческих похвал, а уж самогонка, которой угостил нас старик-сосед, и вовсе была восхитительна: чистая как слеза, с горьковатым можжевеловым привкусом.
-- Так ить сам, ребятушки, и перегоняю, и очищаю. Никакой в ей химии нету, а только одна сплошная польза. С устатку или после баньки стопочку махнешь, аж сердце петь начинает, – торжественно поднял сухой кривоватый палец к низкому потолку Дмитрий Семенович, тот самый сосед.
Мы угощали соседей конфетами и апельсинами, а нам в ответ тащили миски с холодцом и винегретом, какие-то потрясающе вкусные салаты и изумительную домашнюю колбасу.
Пусть в деревне жило не так и много людей, но нравы были удивительно добросердечные. Почти каждый из селян знал: «Это к Татьяне Ивановне внучка с женихом приехала. Оба студенты, да еще и друзья с ними. Голодные, небось!».
Тридцать первого, в самую полночь, мы стояли с бокалами шампанского во дворе под хлопьями сказочного снега и загадывали желания.
