Невидимые тени

Ничего необычного не было в последнее время?

– Нет… Ах да! Позавчера в мусорном баке Светка обнаружила труп какого-то мужчины.

– Ну вот. А кто он такой, не знаешь?

– Нет, я и не видела его, но не думаю, что это кто-то из местных, иначе я бы уже знала, бомжи бы мне сказали. А он только и сказал, что…

– Кто – он? Майя, говори толком! – Олешко пристально смотрит на нее, он уже сделал свои выводы. – Кто тебе что сказал?

– Макар, бомж здешний. Я сегодня убирала Светкин участок, а он мне и говорит: видел накануне, как убили того, что в баке.

– Понятно. Ладно, возьми свои вещи и езжай, пока здесь жить нельзя, да и незачем – тут сейчас люди будут работать.

– А пока у меня побудешь. – Ника погладила Майю по плечу. – Поселю тебя в кабинете, там вы с Максом поместитесь оба.

– Вот и отлично, работай. – Олешко набирает номер в сотовом. – А сейчас возьми какие-то шмотки и езжай с Никой и Максимом, не мешай мне работать.

Майя подбирает из кучи вещей на полу белье, какую-то одежду.

Все бросились на ее горестный вскрик. Ванная разгромлена: разбит унитаз, расколот умывальник, кафель. Майя сжимает кулачки, пытаясь не заплакать.

– Потому что уроды. – Матвеев понимает, как горько ей смотреть на разоренную квартиру, в которую вложено столько ее труда. – Майя, это все поправимо. Но сейчас надо просто не мешать Павлу работать.

Тот кивает и снова кому-то звонит, а Майя ищет среди осколков баночки с кремами.

– Все? – Олешко уже закончил разговор. – Тогда езжайте. Не волнуйся, все будет хорошо.

Кукла на полу растерянная и одинокая. Майя поднимает ее и кладет в сумку поверх вещей – одно дело книги оставить и хлам из коробок, а другое дело – бросить куклу, которая смотрит на тебя доверчивыми глазами.

– У меня прорва кукол, не таких, как эта, но твоя приживется, пока здесь наведут порядок и ты сможешь вернуться.

– Мне товар надо забрать, людям отправить. – Майя взяла коробку с самоваром. – И вот еще куклы, их тоже купили…

– Все берем и едем. На почте упакуют, недосуг сейчас коробки искать.

Они выходят из квартиры, оставив Олешко. На скамейке сидят старухи, что-то оживленно обсуждая. При виде процессии, которую возглавляет Матвеев с сумкой Майи, они умолкают.

Он укладывает сумку и коробки в багажник, Майя с Никой садятся на заднее сиденье.