Мне нужно отдать распоряжение подготовить в дорогу корзину со снедью, – госпожа Элисон вышла из комнаты, многозначительно оставив дверь открытой. Будто хотела подчеркнуть, что вернётся буквально через пару минут.
Маркель снова мысленно усмехнулся. Ну, не такое уж он чудовище, чтобы было страшно оставить его с девушкой наедине на пару минут. Он не питается детьми. Тем более такими. Воспитанница была до невозможности застенчивой. Она так и продолжала стоять с книгами, не решаясь развернуться.
Маркель почувствовал раздражение.
Что за наказание придумал ему отец? Возиться с этой тихоней. Он даже не знал, как с ней заговорить. О чём? Он привык общаться совсем с другими женщинами. А им ведь придётся провести в дороге почти целый день.
– Амалия, вы уже готовы ехать?
Она наконец-то шелохнулась. Сделала пару шажочков по направлению к дорожной сумке, стоящей возле окна на полу.
– Почти, Ваше Высочество, – пролепетала тихо, не развернувшись. – Мне нужно собраться. Мы ждали вашего приезда только завтра.
Она принялась торопливо складывать книги в сумку.
– Вы собрались взять всё это с собой? – раздражённо поинтересовался Маркель.
Амалия вздрогнула оттого, что он повысил голос. И он тут же проклял себя, что повысил. Дьявол! Маркель не умел обращаться с детьми. Это худшее задание, которое он когда-либо получал от отца. Зачем, вообще, тот придумал везти этого пугливого воробья в столицу?
Когда-то давно родители девочки оказали королю большую услугу, и он взялся опекать их дочь после их трагической гибели – оплатил её обучение в пансионе.
И мог бы и дальше обеспечивать её жизнь здесь, в этом тихом городке. Это было бы правильно. Но отец зачем-то решил, что Амалия должна принять участие в осеннем празднике, который только называется праздником, а, по сути, будет выставкой невест для наследного принца. По окончанию праздника Себастин должен будет назвать ту, кого поведёт к алтарю.
На смотрины приглашены представительницы знатных родов, первые красавицы, которые знают как себя подать в обществе и как себя преподнести мужчине.
Что будет делать среди них эта тихоня? Маркель сразу сказал отцу, что везти на праздник воспитанницу пансиона из глубинки – плохая идея. А теперь, увидев её воочию, убедился, что был трижды прав. Столичные красотки не упустят случая поточить об неё свои коготки.
– Сколько, Ваше Высочество? – робко произнесла Амалия.
– Что сколько? – не понял он."
"– Сколько можно взять книг с собой? – она, наконец, развернулась к нему лицом и вскинула глаза.
