Невинная для Грома

Они жили для себя, не заботясь о деньгах. Мой отец пел в переходах, и все, что он зарабатывал, они с мамой тратили на алкоголь, а иногда и наркотики. Я, пока была маленькой, жила постоянно у бабушки, а как пришла пора идти учиться, она отправила меня к родителям. Вот тут-то жизнь мне и показала свою изнанку. Я с шести лет научилась обслуживать себя полностью: стирать, убирать, готовить самое элементарное, а ничего особенного из еды в доме никогда и не было: картошка, лук, морковь, свекла, капуста, крупы, иногда молоко и яйца – это все продукты, которые могли появиться на нашей кухне.

Иногда не было даже и этого, тогда родители заканчивали пить и шли подзаработать. Так мы и жили, они и позже так жили. А я терпела. Пока.

В школе мне пришлось тяжко из-за того, что я ходила в обносках и брала обед с собой, ведь на школьную столовую мне денег никто не давал. Потом, когда я немного подросла и смогла найти себе небольшую подработку – стало легче. А в десять лет я влюбилась в танцы, уличные виды, естественно.

Как раз танцы меня и спасли от того, чтобы не опуститься на дно, туда, где постоянно обитали мои родители. Училась я хорошо, хоть это и было сложно без их поддержки, но и звезд с неба не хватала.

Когда я совсем втянулась в танцы и у меня появились друзья, жизнь заиграла яркими красками и тогда у меня появилась цель. Танцевать! Стать самой лучшей. В нашей группе были в основном парни, поэтому, чтобы за ними успевать, я стала больше времени уделять физическими нагрузкам. Не подумайте, что у меня как у мужика накачанные ноги и руки.

Нет, я просто становилась более выносливой и сильной.

К четырнадцати годам в моей школе узнали про мои увлечения, так как туда перевелся один из парней, танцевавших в группе. Его звали Егор и он был моим ровесником. Он сразу обратил на себя внимание, атлетически сложенный симпатичный парень, на котором даже форма смотрелась по другому. Его брюки были достаточно свободными, рубашка всегда оставалась не заправлена и торчала из-под жилетки.

На ногах были неизменные высокие белые Найки. А его длинные кудри всегда были спрятаны под свободной шапочкой, которую его никто не мог заставить снять. Яркие синие глаза парня светились смехом, он любил пошутить и вокруг него постоянно слышались смешки. Завоевав в первый же день обширную аудиторию небожителей, то бишь, поклонников, в толпе людей он заприметил меня.

– Краса, привет! Ты что учишься в этой школе? – крикнул он мне через весь коридор.