Невинная для миллиардера (СИ)

Мы ели вместе. Он сидел так близко, что наши колени соприкасались на протяжении всего ужина. Время от времени его рука ложилась мне на бедро. Время от времени он кормил меня едой из своей тарелки.

Это было восхитительно и опасно.

Каждый раз, когда он проявлял хоть каплю человечности, мне хотелось упасть на спину и раздвинуть ноги. И, что еще хуже, я почувствовала, что немного смягчаюсь по отношению к нему.

Что, черт возьми, со мной было не так?

Во время ужина я съела слишком много. Когда трапеза подошла к концу, я заерзала на своем стуле.

Каждый раз, когда его рука возвращалась к моему бедру, она перемещалась немного выше. Он дразнил меня или испытывал? Я поэкспериментировала, положив свою руку ему на бедро.

— Не прикасайся ко мне, — тихо сказал он. — Я не выдержу и секунды, если твои руки будут на мне.

Я наклонилась к нему, запрокинув свое лицо.

Он пристально посмотрел на мои губы, но не поцеловал меня.

Ах, да, чуть не забыла. Он никогда не целовал меня в губы, если у нас не было зрителей.

Это всегда было напоказ. Наедине он демонстративно избегал этого.

Я была рада, что вовремя вспомнила об этом. Это заставило мое мягкое сердце немного ожесточиться. Достаточно для того, чтобы сохранить мой рассудок. Достаточно для того, чтобы вернуть меня к реальности.

— Я слышал, что люди Терехова потрепали вам нервы из-за моих условий, — мягко заявил он.

Значит, это все-таки были его условия.

— Мне — нет, — ответила я. — Но они определенно бесили Агату.

— Я так понимаю, они согласились на все, о чем я просил?

Я сохраняла совершенно бесстрастное выражение лица.

— Похоже на то. Агата была счастлива.

— Хорошо, — кивнул он. — Очень хорошо. Миру не нужно видеть тебя в нижнем белье.

Это было именно представление коллекции нижнего белья. Что, черт возьми, еще, по его мнению, я могла бы надеть? Но я не сказала ничего из этого вслух. Я хотела получить эту работу и сопутствующую ей известность. Я бы разобралась с его реакцией позже.

— Я удивилась, когда увидела тебя здесь, — призналась я ему.

Смена темы была совсем не плохой идеей.

Его губы изогнулись во что-то среднее между улыбкой и оскалом. Что бы это ни было, выражение его лица не было счастливым.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя обделенным. Ты это знаешь?

Я почувствовала, как по моему телу пробежала легкая дрожь.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила я.

Он коснулся моих дрожащих губ, нежно провел по ним кончиками пальцев.

— Ты моя, — прошептал он.