Невинная для бандита

А сейчас? Что заставляло меня сейчас поддаваться влиянию этого мужчины? Неужели до сих пор во мне были… чувства?

Не к месту подумалось, что за эти месяцы у него могли быть и другие женщины. Более красивые, раскрепощенные, возможно, в чем-то более умелые. А я так и осталась просто няней, с которой удобно при случае совместить приятное с полезным.

Горькие, неприятные мысли отравляли настроение. И как бы я ни старалась, отогнать их у меня не выходило. Даже воспоминания о том, с какой жадностью меня трахал Герман, не помогали.

Что я вообще знала о нем? Может, он был таким со всеми партнершами.

Жалела ли я о том, что позволила ему вчера? Наверное. Но с другой стороны, почему-то была уверена — оттолкни я его, и с большой вероятностью потом жалела бы об этом. Когда пришла в себя и осознала, что Герман действительно жив.

Окончательно устав изводить себя напрасными подозрениями — все равно правды мне никогда не узнать — побрела в душ, чтобы хоть немного привести себя в порядок. Но стоило посмотреть в зеркало, как стало ясно, что не думать о Морозе не выйдет — по всему телу остались следы его страсти.

Вот ведь…

Чтобы не спровоцировать ненужных вопросов у Дениса, пришлось надеть водолазку с высоким воротом.

День проходил как обычно. Разве что Дэн был действительно слишком сонным, что ли. Он как-то странно вел себя с утра — то и дело поглядывал в мою сторону так, будто подозревал в чем-то. И я очень боялась, что он все же станет задавать мне вопросы, ответить на которые я вряд ли смогу так, чтобы не подставить Германа.

Но, к счастью, обошлось. И вроде все бы ничего, но к вечеру я начала нервничать. Ночью, прежде чем, наконец, оставить меня в покое, Мороз пообещал, что скоро вернется. Вот только что именно в его понятии “скоро”, не уточнил. И я гадала, наступит ли этот момент сегодня вечером.

С одной стороны, мне этого хотелось. Но с другой… Я понимала, что, весьма вероятно, не смогу ему отказать и снова малодушно подпущу его слишком близко. И не хотела этого.

Ведь я все еще помнила его слова про Анну. И если на многие недостатки Германа я готова была закрыть глаза — все-таки идеальных людей не бывает, то делить его с кем-то не могла. А соревноваться с призраком почившей жены — так себе занятие. Во-первых, я заведомо окажусь в проигрыше. Во-вторых, мужчина ясно дал понять, что его сердце навсегда занято другой женщиной. Следовательно, единственная роль, которая мне уготована — любовница и по совместительству няня.