Невинная для Лютого. Искупление

Лютый раздираем желаниями, которые меня пугают, а еще он будто глушит их, запрещает даже помыслить, чтобы меня добиться. Почему? Возможно, он ненавидит меня… За отца, за Волкова, за Настю. Я не знаю, причин может быть десяток. Но если мужчина прижимается к тебе каменным членом, но ничего не делает, это странно и неправильно.

Если муж боится за малыша, есть другие способы доставить друг другу удовольствие.

Я не верю, что думаю об этом! Злюсь, что меня это терзает, что мысли кружатся вокруг постели и наслаждения. Я ведь Лютого ненавижу.

Ненавижу?

С горькой усмешкой погладила мурлыкающую Рыжуню:

— Скоро март, и ты меня поймёшь. — Вздохнула: — Эх, доктор…. Лучше бы вместо того, чтобы рассказывать мне о гормонах, успокоительные таблетки прописал. Словно мне разговоры о либидо помогут. — Погладила живот: — Малышка, я надеюсь, твой выбор мужа будет более удачным.

— Лина! — Я обернулась. Домработница, раскрасневшись от натуги, тащила большую кастрюлю. — Ты уже думаешь над выбором зятя?

— Да, — с горькой улыбкой ответила я.

 — Лучше позаботиться об этом заранее, чтобы у девочки была возможность сбежать.

— Какую возможность? — удивилась Ира и, поставив кастрюлю на пол, села на краешек дивана. Я порадовалась, что крышка на месте, догадываясь, что домработница выносила остатки еды. На улице она замёрзнет, а потом приедет дядя Миша и увезёт прикорм скотине. — Зачем нашей девочке сбегать?

— Если вдруг возникнет сложная ситуация в семье, — выкрутилась я.

Не рассказывать же Ире о том, что отец просил меня спасти его деловую репутацию и выйти за сына партнёра.

Да, папа расписал мне достоинства Григория… впрочем, потом выяснилось — всё это лишь пыль в глаза. Мне бы радоваться, что не попала в семью Носовых, которые не гнушаются ставить на кон жизни людей, вот только способ «спасения» от этой семейки был слишком болезненным и горьким.

Отец возненавидел Носова, когда узнал о гнусном поступке его сына, но всё равно вынужден был вести его дела. Он ненавидел и Лютого, но смирился с его присутствием в доме, потому что я попросила.

Встала на защиту насильника, запретила папе вмешиваться.

Погладила ноющие ноги:

— Я так опухла. Выгляжу кошмарно.

— Ты красивая, — возразила Ира.

— Конечно, — проворчала я. — Именно поэтому Лёша на меня не смотрит.

— У вас проблемы? — оглядевшись, прошептала Ира и смущённо продолжила: — Когда я была беременной, муж тоже боялся меня касаться, чтобы не навредить ребёнку. А мне так хотелось. Ну, «этого». И мы придумали по-другому.