Онлайн-библиотека книг
Я ощутила неловкость — мы с Ирой никогда не говорили на тему секса или семьи. Зная, что её муж погиб в горячей точке, а сын вырос и уехал за границу, я ни о чём не спрашивала, да и ей не позволяла. Но сейчас, когда Ира попыталась мне помочь, пусть и неуклюже, подалась навстречу.
— Как именно?"
"Лицо её покраснело ещё сильнее, взгляд забегал, но женщина всё же выдавила:
— Ртом.
— А, минет, — протянула я, и Ира втянула голову в плечи.
Я едва не расхохоталась. Да, у меня нет особо опыта, к двадцати годам многие подруги перепробовали больше, чем я даже думала, но болтать «об этом» мы могли без умолку и смущения.
И тут улыбка моя растаяла: да, Ира почти заменила мне мать, но всё же не стала ею. И домработница не имеет права говорить об интимной жизни хозяев. Нахмурившись, я посмотрела на женщину так, что она опустила глаза и, поднявшись, подхватила кастрюлю. Я проследила, как закрылась дверь, и почесала кошку за ухом.
— Минет, — пробормотала я и передёрнула плечами: — Да он вообще со мной разговаривать не станет об этом.
Да, если честно, я сама побаивалась секса с мужем. Он ведь едва не порвал меня в первый раз, да и мысли о том дне леденили душу. Пусть Лютый хоть сто лет извиняется — его жестокость всегда останется пятном на наших отношениях.
Но, несмотря на страх, теплело в груди от мысли о нежных ласках мужа, о его жарких поцелуях, а от осознания, что он окажется внутри — между ног будто просыпался огонь. Чего же во мне больше: желания или страха?
— Мам!
Я застыла, затаив дыхание.
— Хочешь погладить Рыжуню?
Саша подошёл и осторожно дотронулся до кошки. Под мышкой у мальчика торчал корешок книжки. Уточнила:
— Принёс, чтобы я почитала?
— А можно? — с надеждой встрепенулся он.
— Всегда можно, — я похлопала по бедру: — Садись ко мне, мы же семья.
Он прикусил губу и, сунув мне в руки книгу, забрался на колени.
Да, я успела полюбить этого мальчика, и поэтому недопонимания с его отцом надо как-то утрясти. Переступить через гордость и поговорить. Это небольшая цена семейного счастья.
