Лишь спустя несколько драгоценных секунд я начинаю осознавать, что дверь открывала не я.
А невероятно взбешённый Валид.
Который сейчас меня на клочки разорвёт.
Стону от разочарования. Ну что я за человек такой? Почему не смогла просто уехать, обязательно нужно вляпаться в неприятности. В глазах собираюсь слёзы от разочарования.
– Александра, блядь, – ругается, наклоняясь ко мне. – Ты меня слышишь?
– Если не слышу – бить не будешь? – выдавливаю из себя сипло. Различаю сорванный вздох мужчины, но не понимаю, что он значит.
– Тебя что бить, что пороть. Хуй что поможет. Посмотри на меня, бедовая.
Я качаю головой. Я понимаю, что меня уже ничего не спасёт, но встретиться лицом к лицу с последствиями я не готова. Он ведь… Даже не пожалеет, а сразу наказывать будет.
И так горько становится. От собственных поступков, невозможности хоть что-то сделать. Я даже сбежать не могу. Изо всех сил борюсь со слезами. Не хочу показывать Валиду собственную слабость.
– Давай, Александра, ты и так натворила делов.
Вот так, – обхватывает моё лицо ладонями, поднимает. – Ты меня видишь? Перед глазами не плывёт?
– Нет, – я всё-таки всхлипываю.
– Сука, – очередной вздох, нежное прикосновение. – Где болит? Ну?
– А если везде, то ты…
– Пиздец. Просто, блядь, пиздец.
Валид отстраняется, со злостью пинает колесо. Такое впечатление, что сейчас каждый мускул в его теле напряжён. Тетивой натянут. Мужчина как заведённая бомба. И от взрыва не спастись.
– Ты говорить нормально можешь? – рявкает на меня.
– Я тебе прямо спрашиваю. Тебе хуево? Пострадала в аварии? Не еби мне сейчас мозги, бедовая, я не в том состоянии. Ты хоть немного соображаешь?!
– Я… Прости, что испортила твою машину.
– Думаешь, это меня волнует? Ты… – Валид взмахивает рукой, не подобрав слов. – Умолкни. Просто, блядь, помолчи, пока я тебя прямо тут не выпорол.
– Ты сам сказал, что это бесполезно.
– Но хоть немного удовольствия для меня. Возможно тогда не так сильно придушу тебя.
Я не двигаюсь, обречённо принимаю расплату.
Я жду, что сейчас сделает Валид. Не свожу с него взгляда, когда мужчина зачем-то лезет в багажник. Он прямо здесь меня закопает?!
Но Палач возвращается с аптечкой, склоняется надо мной с ваткой в руке. Шиплю, когда подбородок начинает щипать. Валид…
Он меня лечит?
– Больно, – не очень, но мне нужно сказать хоть что-то. Тишина напрягает, как и нечитаемое выражение лица Валида.
– Ну, может, поумнеешь на опыте, – фыркает, но прикасается куда мягче.
