Но еще хуже то, что я боюсь за малыша. И страх этот настолько сильный, что я опасаюсь его рождения. Мне страшно, что Волк может обидеть ребенка. Забрать его у меня. Запретить видеться. Он ведь отчетливо дал мне понять, что так и будет. Одна только мысль об этом убивает меня. Сжигает живьем.
Мне стоит просто титанических усилий сегодня обратиться к нему с просьбой. Наверное, это гордость, однако я ничего не могу с собой поделать. Не хочу быть ему должной хоть в чем-либо. Если это все правда, то моя семья и так забрала у него все самое дорогое.
Когда Роман за руку меня берет, а после к себе привлекает, не давая уйти, чувствую резкую боль в животе. Впервые настолько сильная. Острая, будоражащая. От неожиданности пугаюсь вся. Плед на пол тут же сваливается. Быстро прикладываю руку к животу.
– Ой…
Сглатываю. Не пойму, что это. Вроде и не больно уже. Испугалась больше. Просто…непривычно как-то. Не было такого еще точно.
– Илана, где болит? Покажи, ну же!
Встречаюсь с блестящим взглядом Волка.
Мужчина ни на шаг от меня не отходит, и как-то быстро дышит. Я вижу, как часто поднимается его грудная клетка.
Прислушиваюсь к собственным ощущениям. Вроде прошло уже. Ой, нет, снова!
– Ай!
Впиваюсь рукой в живот, но это точно не боль.
– Так, все, иди быстро собирайся. В больницу поедешь.
Мужчина разворачивается, но я сама его хватаю за руку.
– Стойте! Не надо в больницу. Это маленький. Толкается просто. Впервые.
Не могу сдержать улыбки. Это так ново и необычно, но ощущать своего ребенка – это счастье.
Чистое и прозрачное, как утренняя роса.
Волк разворачивается и смотрит на меня. Долго так смотрит, взглядом своим пристальным сканирует, словно проверяет, верить мне или нет. В какой-то момент мужчина подходит очень близко ко мне, отчего я невольно задерживаю дыхание.
– Можно?
Не понимаю, что. Чего он хочет.
– Я хочу послушать, как ребенок толкается. Не сделаю больно. Можно?
Киваю, смотря прямо на мужчину. Он не сделает маленькому плохо. Я хочу в это верить.
Замираю, когда огромная рука накрывает мой уже округлившийся животик. Нежно. И правда не больно. Нас разделяет тончайшая материя ночной сорочки, однако даже так я ощущаю крышесносную энергию от его сильной руки и жар тела.
Волк тут же согревает меня, и словно чувствуя это тепло, маленький пинается. Снова. С такой силой, что мы оба это ощущаем.
Впервые ловлю короткую улыбку на лице Волка. Красивая она у него. Очень.
– Сиди еще, сын. Рано пока буянить.
