Мужчина стоит прямо передо мной, оперевшись о стол, и сложив на груди крепкие руки с закатанными рукавами. Загорелая кожа переливается на свету, открывая мощную шею с черной порослью волос на груди. На руках виднеется отчетливая сетка вен.
Сглатываю, пытаясь унять дрожь в теле. Сейчас он мне кажется еще больше, чем в прошлый раз. Одет в белую, распахнутую на широкой груди рубашку и черные джинсы. На правой руке блестят явно брендовые дорогие часы. Не помню, были ли они в прошлый раз. Тогда кроме боли, тяжести его тела и страшных серых глаз я мало на что обращала внимание.
В нос сразу ударяет терпкий аромат мужского парфюма. Тот самый. В подвале тоже он был. Я не забуду его до самой гробовой доски.
Сердце за секунду ускоряет темп до предела. Господи, это он, снова этот зверь, так близко!
Тут же разворачиваюсь, и быстро хватаюсь за ручку двери, но мужчина за доли секунды настигает меня, с силой захлопывая дверь прямо перед моим носом.
– Я не разрешал уходить, сука. Ко мне повернулась.
Дрожащей рукой медленно отпускаю ручку двери, словно только что мину держала. Волк так близко, спиной ощущаю его крышесносную энергетику. Он загнал меня в угол. Так ведь поступают хищники? Загоняют свою жертву, чтобы разодрать ее потом, на куски порвать.
Сжимаюсь вся от близости этой. Шевелиться даже не могу. Он стоит прямо за мной, горой возвышаясь, и я чувствую себя мотыльком, которого посадили в бутылку и перекрыли воздух.
Медленно поворачиваюсь лицом к мужчине, тут же ловя сканирующий взгляд на себе.
Прямой и голодный. Возвышенный. Волк жадно смотрит на меня в этом свадебном платье, и мне совсем не нравится его реакция. Страшный взгляд. Свирепый просто.
Каменею, когда вижу, как пристально мужчина осматривает мою талию и грудь, туго стянутую корсетом. В этом наряде у меня подчеркнуты все достоинства фигуры, к сожалению, как я теперь понимаю.
Отхожу от него на шаг, пока не упираюсь спиной в дверь. Дальше некуда бежать. От него не скрыться.
Не знаю, как реагировать и что делать.
Малейшее движение может спровоцировать зверя. От его взгляда голодного хочется натянуть черный балахон до пят.
– Ничего не хочешь мне сказать, птичка?
Басистый мужской голос разрывает тишину. Тут же чисто машинально тянусь рукой к животу, но вовремя спохватываюсь. Нельзя, он заметит! Черт, кажется, и так уже заметил.
Щеки горят. Быстро отрицательно мотаю головой, продолжая сверлить пол взглядом. Если посмотрю на Волка, просто не выдержу.
