Невозможный Роман

- Что ты хочешь этим сказать?

- Ничего, Глаша! Одевайся, мы и впрямь опаздываем.

Роман вышел в соседнюю комнату, переоделся, завязал бабочку и достал запонки из футляра. Этим вечером он планировал совершить самоубийство и хотел при этом выглядеть на все сто. Жаль, что Аглая так ему и не поверила. Очень жаль… Но он с этим тоже справится. Наверняка.

- Шикарно выглядишь.

Поляков обернулся. Аглая тоже выглядела на все сто. Поразительно, как мало ей нужно для того, чтобы из красавицы превратиться в совершенство.

- Ты тоже. Пойдем?

Глаша царственно кивнула и взяла его под руку. Ну, вылитая королева… К счастью, дождь почти прекратился. Они добежали до машины, практически не намокнув. До резиденции Кошманов ехать было недолго. Аглая пыталась разбавить повисшую тишину своей обычной болтовней, но разговор не клеился, и она сникла.

- Я отойду ненадолго, - предупредил Роман, когда они в числе первых гостей вошли в дом Кошманов.

- Зачем? – насторожилась Глаша.

- Мне нужно перекинуться парой слов с твоими братьями, - навел тумана Поляков и ушел куда-то. Ничего не понимающая Аглая немного помедлила, но все же двинулась следом. До начала приема оставалось еще немного времени, и у Глаши закралась мысль, что Роман торопил ее неспроста.

- Роман Георгиевич! Какие люди… Коньяка?

Пашка! Аглая замерла у приоткрытой двери, ведущей в кабинет брата.

- Я за рулем.

- Жаль! Очень жаль… Конечно, здесь нет вашего любимого коллекционного Hennessy Beaute du Siecle Cog, но, как говорится, чем богаты.

- Господи, да я куплю вам этот чертов коньяк! Вы мне его до конца дней теперь вспоминать будете?

- Господь с вами. Это такая мелочь. Каких-то… Костя, сколько стоил тот пузырь?

- Да тыщ двести зеленых, не меньше, – включился в игру младший брат.

- Вот! Всего-то несчастные двести тыщ. Для нас – тьфу, а для вас, Роман Георгиевич, в таком незавидном положении – лишние траты.

Глаша стиснула кулаки и хотела было выйти из своего укрытия на помощь Полякову, когда до нее дошел смысл слов брата. О каком незавидном положении тот толковал?

- Ничего. Как-нибудь переживу, - между тем сухо заметил Поляков. Невольно губы Глаши растянулись в улыбке. Она так гордилась им! Так гордилась… Немногие в этом мире смогли бы вести себя с таким достоинством рядом с её братьями.

- Точно? Ну, смотрите. А то мы всегда готовы протянуть руку помощи.