И даже когда не рядом, мысли всё равно о ней. Но он никогда не позволил бы себе сделать что-то, о чём она пожалеет. Никогда бы не обидел. Почему-то с недавних пор его терзают прямо противоположные желания — сделать этой чертовке что-нибудь приятное. Он хотел видеть на её лице улыбку (пусть не благодарную, но хотя бы дразнящую и провоцирующую), а в её глазах азартный блеск, но не разочарование.
— Вот и прекрасно, — произнёс Ольшанский обманчиво мягко. — Один неверный шаг с вашей стороны, дьер Ян, и… вам ли не знать на что способна моя взрывная магия?
Он в открытую угрожал.
В пору было бы огрызнуться, но, странно, в этот момент Ян не испытывал гнева по отношению к Алену, напротив — проникся уважением. Наверное, именно так отец и должен защищать дочь. Агрессивно, жёстко, прямолинейно, чтобы даже и тени сомнения не осталось в серьёзности намерений.
— Дьер Ален, я понимаю ваши отцовские чувства. Не поверите, но я на вашей стороне. Любому сверну шею, кто посмеет её обидеть.
Они допивали кофе молча.
Но молчание не было напряжённым. Неизвестно, удовлетворил ли Ольшанского ответ Яна, но больше Ален не угрожал. Как только его чашка опустела, он поспешил попрощаться.
— Благодарю за кофе.
Вечер у Леры выдался сумасшедшим. Сначала они с Вилзортом пристроили часть чернил в аптеку. Потом искали, где можно снять для него комнату. К счастью, отыскали быстро. Его с радостью пустила к себе на постой за небольшую плату дородная добродушная помощница аптекаря.
Когда брат был пристроен, Валерия наконец-то, и сама могла подумать о сне.
По правде сказать, хотелось просто упасть на кровать и тут же отключиться — сказывалась предыдущая бессонная ночь. Но Лера решила не давать себе слабинки, а посвятить хотя бы пару часов чтению книги, которую ей подарил настоятель Вилзорт. У неё давно руки чесались заняться изучением его работы — там могло быть что-то интересное, но чехарда дневных и ночных событий не давала ни одной свободной минуты."
"Она прилегла на кровать и начала читать с того места, на котором остановилась.
Новые главы, как и предыдущие, казались автобиографическим. Вилзорт рассказывал о том, как был назначен настоятелем башни и начал обживаться на новом месте. Он обустраивал свою обитель — как наземную часть, так и подземную. Уже тогда ему пришло в голову создать тайный кабинет. В подземной части башни он чувствовал особое вдохновение и начал писать истории, основанные на реальных событиях.
