Надпись была слишком старой.
Осмотрев другие надгробные плиты, он пришел к выводу, что капелла была заброшена в 1500-х годах по неизвестной причине. Возможно, по причине Реформации?
Выйдя из церкви, он оглянулся и отвесил глубокий поклон. Он поклонился не святому месту, уже основательно разграбленному, а праху тех, кто покоился здесь. В приподнятом, торжественном настроении он вернулся к мирской суете.
На обратном пути он встретил старушонку, возившуюся в своем дворе. Микаел знал, что жители городка предпочитают где-то скрываться, и ему захотелось любопытства ради поболтать с ней.
Приветливо поздоровавшись, он подошел поближе.
Старушка сощурилась на него, не говоря ни слова, но не ушла прочь.
Микаел не знал местного языка и произнес по-немецки:
— Прекрасная нынче погода.
— Да, но снега обычно бывает больше.
Ну, вот они и поняли друг друга!
— Я только что был в капелле. Почему она стоит заброшенной?
Старуха отвернулась.
— Она слишком мала. В городской церкви лучше.
— Конечно, но разве это не личная капелла Стейерхорнов? Похоже, она бездействует свыше ста лет?
— На это были свои причины.
Здесь было слишком шумно.
Микаел улыбнулся.
— В каком смысле?
Старуха посмотрела в небо.
— Скоро пойдет снег.
Видя, что она не желает отвечать, Микаел переменил тему.
— Вы не покинули город, как все остальные?
— Нет. Куда мне идти?
— Значит, Вы не боитесь русских?
— В Ливландии было много хозяев. Один не хуже другого.
— Похоже, что русских здесь боятся больше всего, судя по тому, что город опустел.
— О, теперь отсюда мало кто уезжает. Люди снялись с места все сразу, потому что жить здесь плохо. Но я живу вдали от главной улицы, так что со мной ничего не случится.
Микаел сел на козлы для пилки дров, старуха же примостилась на дровяной куче, явно желая поболтать.
— Какие же беспорядки происходят на главной улице? — спросил Микаел.
Старуха неважно говорила по-немецки, но он, тем не менее ее понимал. Понизив голос, она сказала:
— Я-то сама ничего не слышала, но другие слышали. Видите ли, это привидения.
Чувствуя, что она подошла к самой драматической сути происходящего, Микаел спросил:
— И что же это за привидения?
— Никто толком не знает. Это может быть привидение господина Ингемунда, погибшего на Чудском озере, или привидение господина Вильфреда, погибшего под Танненбергом. Или привидения каких-то других предков. Стейерхорны всегда были очень воинственными и гордыми, как дьяволы. Говорят, кто-то слышал, как они возвращаются домой с поля битвы.
