Невыносимый

Как током пронзает. Сразу всеми двести двадцатью вольтами. Они обрушиваются на меня, пробуждая на коже толпу мурашек, выбивают стон из груди, вынуждают выгибаться навстречу. Я почти ловлю его губы своими, когда Игнат вдруг резко отстраняется. С моих уст срывается шумный выдох разочарования. Но прежде чем успеваю как-то еще среагировать, он устраивается на полу, а я одним порывистым волевым жестом усажена на него сверху, лицом к лицу.

– Снимай, – не просьба, приказ.

Тихий. Хриплый. Но от того не менее весомый и властный.

И я даже не думаю возразить или сказать что-либо против, беспрекословно подчиняюсь, пока он неотрывно наблюдает за тем, как я стаскиваю с себя платье.

– Все снимай. Полностью.

С учетом, что на мне теперь остаются одни трусики, это веление я тоже исполняю довольно быстро. И больше не жду. Прижимаюсь к нему вплотную, обнимаю за шею, зарываясь пальчиками в темные волосы, и на этот раз не позволяю ему увернуться от моих губ.

Поцелуй с ним – это как особый вид кайфа. Сравнимый с резким погружением во все тот же океан сразу на максимальную глубину.

До потери дыхания и последующего головокружения. До дрожи в теле и сводимых мышц. До пустоты в голове и порождаемой ею эйфории. Нет меня. И вместе с тем именно в эти моменты я ощущаю себя по-настоящему живой. Словно очнувшаяся ото сна принцесса.

– Да… Ты права… Мне определенно нравится…

Вместо ответа валю мужчину на пол и принимаюсь раздевать. Губы бесстыдно скользят вслед за пальцами по обнажаемой коже, и я впитываю в себя каждый новый шумный вдох, искренне наслаждаюсь реакцией тела.

Он реагирует на каждое мое касание. Вздрагивает и подается вперед бедрами, как только пальцы достигают застежки на брюках. Расправляюсь с ней довольно быстро, но не спешу избавляться от этой части одежды. Сжимаю возбужденную плоть прямо через плотную ткань, целую – также. Дразню, ведя языком по всей длине снова и снова, как если бы делала это без всяких преград. И, наверное, я слегка перегибаю в своей провокации, потому что терпение Игната заканчивается. Как и моя вольность. Тяжелая ладонь мужчины обхватывает за затылок, крепко сдавливая. Секунда. Я вздернута вверх. Еще секунда. Мир переворачивается. Вместе с мужчиной. А я уложена на живот. Он – сверху. Подминает под себя. Отпускает. Но лишь затем, чтобы собрать мои волосы, намотать на кулак. Моя голова снова запрокинута. Он тянет назад, за собранные прядки. И пока я отвлекаюсь на предыдущее, пропускаю тот момент, когда брюки на нем окончательно расстегнуты.