Невыживший

Слишком просторная. Она хорошо скрывает фигуру.

– Женскую? – быстро спросил Дремин. – Да, это возможно. Но зачем нашим женщинам вытворять такое с Меркальским?

– Ну, причина, я думаю, очевидна.

– Если даже он на них пялился, когда они были детьми… – начал было скептически Дремин, но Самсонов перебил:

– Вряд ли дело ограничивалось плотоядными взглядами.

– Ну, не совращал же он их!

– Не обязательно. Он мог их запугать.

– Угрожал убить, например.

– И ни одна из восьмерых не рискнула его спалить? – Дремин явно не считал эту версию убедительной.

 – Даже те, кого удочерили? Они могли все выложить новым родителям, уже чувствуя себя в безопасности. Да и потом осмотр у гинеколога показал бы, что девочки не девственницы, и последовало бы разбирательство.

Самсонов решил это не комментировать. Что готов рассказать подросток чужим людям, которых теперь ему нужно называть мамой и папой? Насколько он им доверяет? Есть ли у него уверенность, что они не отвернутся от него, если узнают…

– Предположим, Меркальский все же насиловал их, – проговорил Самсонов.

 – Это многое объяснило бы.

– Допустим, девочки ненавидели его все эти годы после того, как покинули приют. Они находят друг друга – вернее, их собирает вместе Корчакова, которая, возможно, была травмирована сильнее других, – и составляют план мести. Решают кастрировать педофила.

– Что-то они долго ждали, – вставил Рогожин.

– Не так просто пойти на такое, – ответил Самсонов. – Вероятно, кого-то из женщин остальным пришлось уговаривать.

Но, в конце концов, они договариваются. Следят за Меркальским, выбирают место для расправы. И вот на парковке совершается возмездие. Больше он не опасен ни для одного ребенка. Подруги сделали то, ради чего когда-то нашли друг друга, больше их особо ничего не связывает. У каждой своя собственная жизнь, и они постепенно перестают общаться.

– Тебе бы романы писать! – хмыкнул Дремин. – Но надо признать, звучит убедительно.

– Погоди, – отмахнулся Самсонов, – слушайте дальше. И вдруг убивают сначала одну, потом другую из женщин.

Кого они могут подозревать?

– Меркальского! – сразу ответил Дремин. – Думают, что он догадался, кто его изуродовал, и решил отомстить.

– Их охватывает паника. Что делать? Корчакова уезжает. Почему? От страха? Она прячется?

– Может быть, только она и подумала, что убийца – Меркальский, – предположил Рогожин. – И догадалась, что он и до остальных доберется, вот и смылась?

– И не предупредила подруг?

– Ну, у них семьи.