Невыживший

Если она их и предупредила, деваться им было некуда.

– Я думаю, Корчакова уехала не для того, чтобы спрятаться, – покачал головой Самсонов. – Она очень удивилась, когда узнала, что Иртемьев убит.

– И что? – спросил Дремин.

– Допустим, она считает убийцей психолога. Логично предположить, что он же прикончил и Иртемьева – мало ли по какой причине. Больше вроде ей подумать не на кого, других кандидатов на роль преступника нет. Но ведь Иртемьева убили уже после смерти Меркальского. Значит, психолог не мог этого сделать.

Он был на тот момент мертв.

– Логично, – кивнул Дремин. – И что с того? К чему ты клонишь?

– А к тому, что если Корчакова считала, что Мекальский убил двух ее подруг, она могла скрыться на несколько дней, чтобы довести дело до конца. Прикончить его. Старого врага, которого они изувечили, но не добили.

– Хочешь сказать, это Корчакова его молотком забила?

– Почему нет? Она приходит к Меркальскому домой и убивает его, когда он открывает дверь. Чтобы орудовать молотком, много силы не нужно.

Для женщины это оптимальное орудие убийства. И заметьте, в квартире ничего не взято, ограбление как мотив исключается.

– А как же письмо с угрозой, которое получил психолог?

– Возможно, сначала она в ярости написала ему.

– Он бы не открыл ей дверь.

– Мало ли способов заставить человека отпереть тебе? Ну, представилась… да хотя бы полицейской. – Самсонов усмехнулся. – Ведь нападение на Меркальского расследовалось, значит, он имел дело с полицией. Корчакова могла сказать, что появились новые данные и ей нужно с ним поговорить.

Конечно, он не узнал в ней девочку из приюта.

– Где она взяла молоток? – спросил Дремин.

– Да где угодно. Дома, например. Купила в любом строительном магазине. Дело в другом: такая версия объясняет все события. Вы согласны?

– В принципе, да, – ответил Дремин. – Потом, значит, Корчакова вернулась, как ни в чем не бывало, и решила связаться с нами? Мол, я законопослушная гражданочка, и скрывать мне нечего.

– Да. Дескать, ей надо было все обдумать накануне свадьбы.

Она считала, что сделала свое дело: теперь она и ее подруги в безопасности, ведь Меркальский мертв. И тут мы ее ошарашили сообщением о смерти Иртемьева. Если она убила преступника, то кто его прикончил?

– Ну, это ее первая реакция, – возразил Дремин. – Потом она могла решить, что Иртемьева убил кто-то другой.

– Могла, – согласился Самсонов. – И мы знаем, что так и было. Иртемьева убил не Меркальский, а тот, кого он шантажировал. Настоящий убийца.