– Давай ты не будешь думать о том, что происходит, что все это значит и куда приведет? Хотя бы неделю? Просто вырежешь это время из своей жизни – оно не считается, оно никак не влияет. Как тебе идея?
– А что будет через неделю? – с опаской интересуюсь я.
– Ну вот опять! Варвара! – голос сердитый, но пальцы… пальцы нежные. И губы, которые касаются моего плеча, неосторожно выглянувшего из-под простыни – тоже нежные. А щетина, которая трется о чувствительную кожу на груди – колкая и мягкая одновременно. Губы уже движутся дальше, а пальцы уже под простыней…
– Кирилл!
– Что?
Он поднимает голову, откидывает волосы с глаз и смотрит на меня сияющими глазами.
Там, в прозрачной голубизне, вокруг зрачка искрится золотое кольцо – словно солнце в безоблачном небе.
Я тянусь к нему и в последний момент вспоминаю про нечищенные зубы.
Прижимаюсь щекой, и Кир обхватывает меня и прижимает к себе.
– Сделаешь мне такой подарок?
– Отпусти, мне надо в ванную… – бормочу я.
– Сначала пообещай.
Он отводит спутанные волосы от моего лица и смотрит серьезно и… Ох, от этого взгляда становится так невыносимо, что я киваю:
– Хорошо, обещаю.
Но…
– Обещаю, что ничего плохого не случится. Вынырнешь потом обратно в свою жизнь, если захочешь, и все будет как раньше.
Как раньше…
Я уже подозреваю, что как раньше уже не будет, но что может случиться плохого?
– Согласна, согласна, теперь отпусти меня! – я упираюсь ладонями ему в грудь и пытаюсь отодвинуться, но он все еще держит – и держит крепко. Это так приятно, что после маленькой паузы, когда Кирилл все же выпускает меня, я даже чувствую легкое разочарование.
– У тебя есть десять минут, а потом я присоединюсь! – смеется он мне вслед.
Туалет, зубы, ополоснуться… побыстрее. А то ведь правда присоединится!
Но – увы.
Черт, и правда – увы. Мне искренне жаль, что он даже не попытался открыть предусмотрительно запертую дверь ванной.
Зато когда я выхожу оттуда, в спальне уже никого нет – зато есть мой чемодан. А из гостиной доносятся запахи кофе и еды.
– Надень кольцо, – говорит Кирилл, когда я присоединяюсь к нему за накрытым столом. Булочки, сок, омлет, фаршированные грибы, бекон, сыр, фрукты, свежевыжатый сок – чего там только нет! Но я нацеливаюсь на корзинку с картошкой фри. Каникулы – значит каникулы. Я заслужила немного радости.
Он, кстати, свое кольцо так и не снимал все это время. Даже интересно, как он объяснял его Гюрзе… и остальным.
Нет. Не интересно. Сегодня не интересно.
– Хорошо, – киваю я.
