— Вспотел, голодный, красненький весь…
И спустя минут десять:
— А чего это у него памперс задом-наперед надет?!
Глава 5. Наглый-наглый босс"
"— Ребенок сопрел! — громогласно заявляет тетя Тоня, со скоростью метеорита, летящего в Землю, распаковавшая Данечку. — Вот что значит опыт, руки помнят. А ведь Вадька мог бы и к матери родной приехать, поздравить с Новым годом, — сама себе жалуется женщина, вспоминая недобрым словом моего двоюродного брата, уехавшего с друзьями в Финляндию на праздники. — Ну да ладно. Да-а-р-р-рь, — угрожающе так протягивает мое имя, потрясая теплым костюмчиком ребенка.
— Почему малыш одет в одежду с этикеткой?
Уложив малыша на достанное из шкафа одеяльце, начинает с ним сюсюкать, целуя пяточки, ручки, щекоча животик. Данька смешно гулит, ловя пальчиками руки незнакомой до этой минуты женщины, и во мне это вызывает странное чувство. Похоже на ревность. Казалось, я одна могу его успокоить, а оказывается, даже памперс неправильно надела и ребенка перекутала.
— Теть Тонь, в общем, это сложно объяснить, но этому ребенку срочно понадобилось купить одежду, другие вещи, потому что… — спотыкаюсь на слове, не зная, стоит ли компрометировать босса, такого важного человека, в глазах родственницы.
— Ну!
— Ребенка мне подкинули в офис, написано в записке, что мой, но еще неясно, правда ли это. — Глеб Сергеевич вваливается в комнату, обхватывая меня за плечи и буквально отставляя в сторону, чтобы пройти к столу и усесться за него. — Ваша Дарья любезно предложила свою помощь.
Пришлось быстро в магазин заехать, похватали, что посчитали нужным, но без старшего поколения нам не справиться. Вы выживали во времена без памперсов, стиральных машин и телефонов, — безбожно льстит Жданов, глазами зыркая по столу, чуть ли слюной не капая, — да еще успевали царские столы накрывать, и работать, и на демонстрации ходить…
— Да вы ешьте, ешьте, пожалуй… — тетка не успевает договорить, а босс уже хватает бутерброд с икрой и отправляет в рот, потом накладывает на тарелку нехилую такую порцию оливье, компота в стакан наливает и начинает уплетать за обе щеки, только за ушами попискивает.
На эту картину ошалело взираю я, тетка — с умилением, а ребенок на ее руках, голенький, кстати, улыбается во все ноль зубов.
— Очень вкусно! Дарья, вы переодевайтесь и тоже садитесь, — заботливо машет рукой босс куда-то в направлении елки. И тут же ведет носом, подскакивая к лесной красавице. — Что, настоящая, не искусственная? Сто лет таких не видел.
