Но нельзя быть самонадеянной и думать, что боссу до меня есть хоть какое-то дело!
Он не подавал признаков жизни, а мне духу не хватало в несколько оставшихся дней новогодних праздников позвонить ему и поинтересоваться, чем закончился разговор с женой. Я повела себя как самая настоящая трусиха в тот день, когда Глеб поднялся по лестнице шикарного дома с сыном на руках и постучал в двери бывшей жены…
Со слезами на глазах уговорила Юрия отвезти меня домой, и сердобольный мужчина, к счастью, согласился. Даже заехал в полицейский участок и забрал мои личные вещи.
Я думать не хотела, как он утряс формальности, меня волновало другое. Ощущала себя Золушкой после бала, которая в красивом платье едет домой на карете, но вскоре наряд превратится в лохмотья, а карета — в тыкву. А у моего принца на память обо мне ничего не останется.
Не котируются в наше время хрустальные туфельки, сейчас мужчин на детей ловят. Сглатываю слезы и спешно направляюсь в туалет, чтобы там… «Что, Стриж, реветь собралась?» — останавливаю себя и замираю напротив зеркала, рассматривая бледное лицо и излишне строгий костюм, который надела на работу.
Скучная, чопорная, глаза пустые, блеклые, губы бескровные. Налицо нервный стресс и любовная лихорадка. И никакого от нее лекарства в перспективе. Наше с Глебом приключение закончилось моим побегом, а гнаться он не стал. Но и рыдать я не собираюсь! Хватило уже того, что унизилась и отправила дурацкое сообщение, приглашая в гости на Рождество! Это же семейный праздник. Надо было думать, что он откажется, но я рискнула.
Тетя наседала, да еще надежда, зараза такая, подзуживала нажать заветную кнопку.
А босс не ответил, просто проигнорировал, будто я для него совершенно ничего не значу. Непечатные прозвища в его адрес я в себе подавила, отбрила тетю, убеждавшую, что человек занят, перезвонит позже, и поехала в клуб с подругами, дабы доказать себе, что я еще ого-го! Ничем хорошим мой поход не закончился. Все мужчины раздражали и казались безмозглыми чурбанами по сравнению с Глебом, алкоголь не брал, музыка вгоняла в тоску, подруги делились жизненными историями, а я перебирала в памяти моменты приключений с Глебом.
И тихонько вздыхала, не представляя, что с ним творится.
Теперь узнала. И что с того? Увольняться? Нет уж. Переживу, переболею. Главное — не сталкиваться больше с ним, не пересекаться и не слушать больше о нем сплетни! Слишком больно. Да, решено. Со злостью сжимаю зубы и решительно двигаюсь в сторону своего отдела.
