Вздохнул, борясь с желанием обратить её ледяным крошевом, нагнулся, поднял, принюхался. Мой запах смешался с морозным ароматом Виктории. Следом я подхватил с пола и одну из половинок её мундира. Снова принюхался. А потом словно ищейка обошёл всю квартиру. И почти уверился в том, что близости не было. Похоже, Виктория и тут меня обманула. Впрочем, логично, для укрепления брачной связи нужно лишь находиться рядом, даже необязательно в одной кровати, можно в соседних комнатах. У неё не было причин ложиться под невменяемого мужика.
Она лишь ярко разыграла сцену изнасилования, похоже, даже замедлила регенерацию, чтобы синяки не сошли до утра, и наверняка всё запечатлела. Это неимоверно злило, но и приносило облегчение.
Время поджимало, мне следовало отправляться на службу. Пришлось приняться за сборы. Вот только сегодня не удавалось сосредоточиться на парах. Я был рассеян, отвечал на вопросы невпопад, и каждую свободную минуту вчитывался в строки брачного контракта, выискивая новые подвохи. Виктория не обманула, ограничила срок контракта.
Заключила временный брак, словно я обычный человек! Но хоть действительно не претендовала на имущество рода Грант и моё, в частности, а вот приданое прописала, ограничив, правда, его по стоимости. Надо сказать, немалой. Компенсация за мои неудобства впечатляли, но мне как-то не улыбалось обирать её отца, учитывая недавнюю смерть его сына. Род Вилдбэрн и так в сложном положении. И род Грант тоже, из-за этого брака в том числе. Так что компенсацию, пожалуй, я буду требовать с неё.
Стоило оформиться этой мысли, как мой взгляд напоролся на строчку о супружеском долге и верности. Первое вообще отсутствовало как обязательство, а измены были разрешены прямым текстом. В груди снова закипело желание придушить одну белобрысую стерву.
Викторию я отправился искать в столовой. Но здесь застал весьма неприятную сцену. Девушка спорила с Брайаном Алленом, тоже чистокровным драконом из семьи, приближённой к Совету. Сцена постепенно собирала зрителей.
Само собой, я не мог пройти мимо ни как преподаватель, ни как новоиспечённый муж этой идиотки.
— Не смей говорить об Итане, — об взгляд ледяной красотки можно было порезаться."
"На её щеках даже появился ледяной узор. Взгляд сделался синим, глубоким и опасным.
— Ты бы поубавила гонору, — расхохотался Брайан. — Рода Вилдбэрн скоро не будет за преступления твоего брата. Мы, кстати, тоже претендуем на ваше имущество. Можем взять и тебя, из благотворительности.
