Нежная стерва, или Исход великой любви

Она злилась на Егора, заставившего заниматься бесполезной ерундой, но он настаивал. А больше всего ее ломала необходимость садиться в инвалидное кресло. Спасибо Хохлу – он решил эту проблему, носил хозяйку в физиоотделение на руках, ему было только в радость, вот эта возможность держать ее, нести куда-то, осторожно прижав к себе. Лишнего он себе не позволял, его забота была приятна, Марина принимала все с благодарностью. Возможно, это не особо устраивало Егора, но он терпел, понимая, что так независимой Коваль немного легче переносить свою беспомощность.

– Ты ревнуешь, Малыш? – обеспокоенно спрашивала Марина, прижимаясь лицом к руке мужа, когда он приезжал к ней.

– Детка, не говори глупостей, конечно, я ревную тебя, конечно. Но понимаю, что пока по-другому не получится, он нужен тебе, ведь я не могу все время быть рядом. Если бы мог, делал бы все сам, никого не подпуская.

– Я знаю, любимый, но ведь ты не можешь проводить у моей кровати все свое время. Кстати, мне бы нужно как можно скорее переговорить с Бурым.

Я решила честно признаться, что это мои люди перерезали мамедовских. Ты разочарован?

– Тем, что я слабачка.

– Господи, да при чем тут слабость? – возмутился муж. – Если бы не хренов горец, которому защемило достоинство признать, что женщина умнее его, то тебе и не пришлось бы ничего делать. Не смог вынести публичного унижения, вот и решил подбить с тобой итоги по-своему. Кровная месть! Горец, одно слово.

– Кстати, о горцах! – вспомнила Коваль, решив выяснить все раз и навсегда, объяснить мужу, что нельзя лезть в ее дела без особого на то разрешения.

 – Я давно хотела спросить, а кто дал тебе право, Малыш, решать за меня, кто жив, а кто – уже нет? Разве ты не вышел из игры? Разве можешь вмешиваться в мои дела, в мои разборки?

– Детка, ну наконец-то ты стала собой! Железо забренчало в голосе, глазки прищурились и засверкали, как прежде! – обрадовался Егор. – А про Мамеда так скажу – это не твои, это мои разборки были.

Этот горный баран посмел поднять руку на мою жену! Да мне наплевать, что ты теперь думаешь по этому поводу. Можешь приказать Розану, чтобы закрыл меня в подвал в «Роще», я посижу там пару недель в наручниках, но все равно я сделал то, что был должен, – отомстил за тебя. Дать тебе телефон?

– Зачем? – не поняла Марина, и Егор засмеялся:

– Розану звонить не будешь, что ли?

– Обойдешься, много чести! – обиделась она, стукнув его слегка кулаком в плечо.