Нежная стерва, или Исход великой любви

– Вот видишь, есть время подышать свежим воздухом! Там, на веранде, стоит кресло, ты его во двор вынеси, я посижу немного, – велела Марина телохранителю, и он сделал то, что от него хотели, усадив ее и накинув на ноги плед, который Розан всегда держал наготове, зная, как хозяйка любит посидеть в его дворе с рюмкой коньяка и сигаретой, прежде чем начать отворачивать головы. Коньяк, правда, пришлось заменить текилой, но это было даже лучше – мексиканский самогон бодрил. Хохол топтался рядом, Юрка неторопливо протирал стекло джипа, Данил и Толик, охранники из дроздовских, затеяли возню, пробуя друг на друге какие-то приемчики, чем вывели из себя Марининого телохранителя.

Он подошел к ним и двумя ударами в печень уложил обоих на брусчатую дорожку, сплюнул презрительно и процедил сквозь зубы:

– Ты че, Хохол, в натуре? – заскулил Толя, держась за ушибленный бок. – С цепи сорвался? Мы ж тебя не трогаем, свое дело делаем.

– Дело вы делаете! – вызверился Хохол, рывком поднимая его с земли. – Понты корявые! Бить надо неожиданно, без этих ваших стоек и изготовок.

Глядишь в глаза, улыбаешься, а сам – финку в печень. Только так, понял, баклан?

– Да понял, понял, отпусти! – взмолился парень, и Хохол разжал пальцы, выпустив воротник Толькиной кожанки.

Коваль наблюдала за этим с интересом, никогда прежде не позволял себе Хохол в ее присутствии так себя вести. «Ну и рожа у него, когда злится, не приведи бог…»

– Что случилось, дорогой? – поинтересовалась Марина, когда он подошел к ней.

– Ничего, Марина Викторовна, – пробурчал Хохол.

– А к чему такой официоз? – холодно сказала она, сощурив глаза.

– Ни к чему. Настроение плохое.

– Так будь добр, смени его на хорошее, а то грохнешь кого-нибудь. Чего ты дергаешься, а?

– Мне в лом смотреть, как ты тащишь на себе воз мужицких дел, а Розан, Стас и прочие только суету наводят.

– И что, дорогой, ты предлагаешь мне бросить все и тихо лежать дома, раз уж я прикована к инвалидному креслу?

– Не говори так, ты не инвалид, – отсек он.

 – Я просто никогда не думал, что молодая, красивая, любимая женщина может быть жестокой. Много слышал про тебя, но не верил. А, оказывается, все это правда.

– Ты разочарован? Ну, извини – я такая! – развела руками Марина. – И меняться не собираюсь, даже если тебе очень этого хочется. С этим фактом смирился даже мой муж.

– Да куда мне до твоего Малыша!

– Все, прости, не буду больше, – он взял ее руку и сильно хлопнул ею себя по щеке.