Нежное создание 2 (СИ)

Так и Ника, дав волю эмоциям, слова и выражения не подбирала. Сжигала прошлое и настоящее. Жгла за собой мосты. А там — будь что будет.

Кэптен сдался. С видимым недовольством отошёл вглубь комнаты. Слушал.

Ника так и осталась стоять, подпирая спиной створку.

— Когда я поняла, в какую низкую и безнравственную семью попала, то попробовала изменить ситуацию, но не смогла противостоять Якубусу. Он ужасный, бесчестный, подлый, он игрок! При первой же попытке перечить ему, он меня ударил. Он не раз бил Руз. Впрочем, её мать тоже не брезговала рукоприкладством.

Рука у госпожи Маргрит была тяжёлая.

Девушка передёрнула плечами, вспомнив, чем закончилось её последнее избиение:

— Потом Якубус угрожал засадить меня в психушку Сальпетриер в Париже.

— Питье-Сальпетриер, — поправил Ван дер Меер, произнеся название больнички на французский манер.

— Да, туда, — не спускала с мужчины настороженных глаз. — А когда он приказал мне усыпить тебя, я решила избавиться от него. Дальше ты знаешь. Потом его место заняла госпожа Маргрит.

Она не заставляла меня подделывать подписи, но собралась отдать в жёны банкиру. Отдать двадцатилетнюю девчонку семидесятилетнему старику! — фыркнула возмущённо. — Когда и тут всё пошло не по её плану, она взяла кредит на восстановление мини-гостиницы и точно что-то задумала против меня, но что именно, я так и не узнала.

Ника открыла дверь и отступила:

— А теперь уходи. Я всегда была одна. Росла без отца и, считай, без матери. Ей я тоже была не нужна. Справлюсь со всем сама — привыкла.

Два месяца назад я похоронила своё личное прошлое, сегодня похороню прошлое вашей Руз и начну жизнь с чистого листа. Там, где я жила и откуда пришла, я жила честно, такой и останусь.

Когда Ван дер Меер проходил мимо, тихо со вздохом сказала:

— Моё предложение остаётся в силе: забирай за долги тридцать процентов моей доли. Остаток пересчитаю и доплачу золотом. Договор подпишем завтра.

Адриан остановился в дверном проёме:

— Кому-нибудь рассказывала о… кхм… себе?

— Нет. — Ника удивилась.

Её признание мужчина воспринял на удивление спокойно. Хмурое выражение лица сменилось озадаченностью. — Правда, госпожа Маргрит и Хенни заметили за мной некоторые странности и приступы забывчивости, но списали это на удар головой. Ждали, когда пройдёт и я снова стану собой, то есть стану Руз.

Смотрела в вслед Кэптену. По коридору он шёл размашисто, почти не хромая. То ли нога перестала болеть, то ли не чувствовал боли от хлынувшего на него потока шокирующей информации.