Нежное создание (СИ)

Зачёркивала, рвала листы, сжигала их и писала вновь.

Писала сквозь пелену слёз, сопровождая каждый штрих всхлипом и вздрагиванием.

Не верила, что Адриан уже никогда не постучит в дверь их дома, не войдёт в гостиную, не подмигнёт ей лукаво, не усмехнётся, не вручит очередную ракушку. Не коснётся невзначай её руки и не скажет:

— Ждала меня, соседка?

Прошло несколько месяцев, пока Руз не добилась желаемого результата.

Четыре дня она прятала готовый документ, не желая отдавать его брату.

За подделанное завещание она получила три гульдена и свою истерзанную мёртвую душу в придачу.

Ника не поняла, когда умерла душа Руз. То ли в день, когда Неженка узнала о гибели любимого, то ли тогда, когда отдала его завещание в руки Якубуса, тем самым признав Адриана погибшим.

С тех пор она не жила — существовала. Почти не ела, не спала. С каждым днём чувствовала себя хуже и хуже, но ничего менять не хотела. Жизнь для неё потеряла смысл, стала пустой и бесцветной.

Руз ждала, когда сможет увидеть любимого и воссоединиться с ним в другой жизни.

— Ждал меня, сосед? Я пришла.

Потрясённая увиденным, широко открытыми глазами Ника смотрела в никуда. В голове и в груди образовалась пугающая пустота.

Сквозь затихающий шум в ушах до Ники донёсся задумчивый голос Ван дер Меера:

— Надо признать, моя подпись до того искусно подделана, что…

— Погоди, а какая дата стоит на завещании? Где ты был в то время?

— В госпитале был.

— То есть, ты живой был, а бумагу о твоей кончине отправили, — неуверенно проговорил Якоб.

— Выходит так, — согласился Ван дер Меер.

— И бумагу твои родные получили в сентябре…

— Якоб, — вмешалась госпожа Маргрит, — от ваших разговоров у меня настроение портится. Лучше поешьте. Адриан, ты совсем ничего не ешь.

Сын упорно не слушал мать, говорил:

— Значит, Анника всем сказала, что едет в адмиралтейство искать сведения о твоём месте упокоения, а потом вернулась с завещанием и получила деньги в банке.

— Не сходится, — возразил Адриан. — К тому часу в адмиралтействе знали, что я живой. Мне неведомо, где Анника была всё это время, но только в Харлингене её не было. Я не видел её три года, — насмешливо сказал он. — С тех самых пор, как она проводила меня в Харлинген.

В гостиной стало тихо.

«Не видел три года?» — удивилась Ника.