Утром меня засыпала сестра сообщениями и звонками с просьбой объяснить, откуда я взяла деньги на то, чтобы закрыть ее долги. Я ответила не сразу. Придумывала, репетировала речь, лгала.
Сестра почти поверила. Лотерея. Вот так я назвала наши товарно-денежные отношения с Маратом. Сказала, что мне чертовски повезло вытянуть золотой билет. И, сразу как получила деньги, я раздала долги. Пришлось признаться сестре, что потратила почти все на это, но она была довольна. Как же она рыдала, благодарила меня и обещала больше не брать кредитов.
Мне даже удалось пообщаться с Дениской. Он почти не говорил, только немного мычал и смеялся. А я хохотала как умалишенная, потому что боялась выдать свои страхи. Показать, что я могла расплакаться, вспоминая, как получила эти деньги.
Я не расслышала его слов, которые мужчина произнес, входя в лифт. Его губы дрогнули, мои невольно в ответ. Я хотела закричать, чтобы он проваливал к чертовой матери, чтобы больше не возвращался, хотела послать его как можно дальше. Но я сдержалась.
Простое «до встречи». Наверное, он сказал то же самое."
"Я аккуратно прикрыла дверь, чтобы он не успел заметить, как меня повело. Как от щек отхлынула кровь, как покрылся испариной лоб. После ухода Марата, я забежала в туалет, где меня вырвало. Не знаю, случилось ли это от того, что я долго терпела от подступающей тошноты, или от того что мне было так противно происходящее между нами. Но я прочистила желудок еще дважды за вечер. А потом долго сама себя отпаивала водой, надеясь, что не придется вновь бежать в туалет.
Я приняла душ. Залезла под горячие бьющие со всех сторон струи и терла тело, отмывалась. Он был на мне. Впитался. Я чувствовала, как он пропитал мою кожу, вбиваясь в горло. Как проник в вены. Я была отравлена им. И рыдала так горько и отчаянно, что мои вопли могли услышать за стенкой. Но, увы, в этой квартире была отличная шумоизоляция.
Выбравшись из душа, я завернулась в огромное полотенце и босыми ногами побрела в ту самую небольшую комнатушку. К черту предостережения от Таисии Павловны.
Я не вернусь в комнату для пыток. Пусть там будут проходить только наши встречи, но я ни за что на свете не лягу спать под зеркальным потолком.
Я видела себя там, в отражении. В тот день, когда он набросился на меня. Мне хватило того, что я увидела себя со стороны. Мой страх. Больше я к этому возвращаться не хотела.
Приблизившись к тому самому комоду, где с вечера лежала коробка, я нерешительно извлекла из нее новый телефон. Марат был богат.
