– Ну и дура, ты Лапша. Поступай как знаешь.
– Я так и поступаю. Работа-дом.
– Знать то знаю, но мне жаль тебя.
– Не беспокойся. Лучше расскажи, как у тебя дела.
Свете больше не нужно было повода, чтобы затараторить. Она рассказал про всех своих парней за год, про работу, на которой у нее было личная война с другой девушкой. Милана донимала Свету, отвоевывая у той лучшие номера. Но Света клялась, что так просто не сдастся. И я поддерживала ее как могла, молясь, чтобы подруга больше не заговорила о моей жизни.
– А у тебя как дела-то? А то все обо мне да обо мне, – спустя полчаса болтовни, Света отставила в сторону пустую кружку и внимательно посмотрела на меня.
Действительно, зачем я пришла к ней? Я просто хотела вырваться из той огромной квартиры. Золотая клетка, не иначе. И Марат знал, что мне там было не комфортно. Но его не беспокоили мои личные проблемы. Это был его дом. Место для плотских утех. Потому что я точно знала, что жил он в другом месте. Не удивлюсь, если по городу и за его пределами у него было столько недвижимости, что хватило бы на десятки других семей, которые не могли позволить себе хорошее жилье.
Что же, нужно помнить о разделяющей нас социальной пропасти.
– Опять за деньгами? Раз молчишь, то да, – протянула она, и лицо подруги потемнело от гнева и недовольства.
Я научилась распознавать эти эмоции, даже по еле уловимой мимике. Жизнь научила видеть опасность.
– Нет, – я покачала головой, всматривайся в чайную гущу. Интересно, если бы мне погадали, что бы там увидели, на самом дне?
– Ох, Варь, что-то я тебе не верю.
Ты с таким лицом сидишь, будто подайте мне.
Я резко подняла голову.
– Так плохо выгляжу?
Света смутилась.
– Прости, я не это имела ввиду.
– А что?
– Ну, Варь, я тебя не первый день знаю. Ты когда ко мне в гости приходишь, вот так без приглашения, значит тебе что-то нужно. Прости, но ты предсказуема до скрежета зубов. Ужас, что я несу!
Я хмыкнула. Да, что ты несешь, подруга?
– Значит, я настолько ущербная?
– Нет, – она замотала головой.
– Не так. Просто вечно с несчастной мордочкой ходишь. Вся такая грустная-печальная. Да и твой видок. Ты видела свои кроссовки? Слушай, их пора выбросить на помойку. Ей богу, не давай Маньке больше денег. Сходи в китайский магазин, купи себе там сапожки. Ты же как бомжиха выглядишь. Хотя сегодня вроде умытая и причесанная.
В горле запершило. Вот значит как она меня видела. На глазах навернулись слезы. Жалость. Гнев. Отвращение.
