– А ты как обычно сука, – парировал я, огибая женщину. Лучше пообщаться со всей своей родней, чем оставаться с Эльвирой наедине.
– Почему ты не появился сегодня ночью дома? Я тебя ждала.
– А я не обещал возвращаться.
– Думаю, ты забыл то, о чем просил Амир Фаритович.
Просил? Твою мать, не просил, а приказывал.
– Убиралась бы ты прочь из страны, Эля. Возвращайся туда, где отлеживала свои бока, и трахайся в свое удовольствие.
– Мне надоело отдыхать, – рассмеялась она. – И я действительно скучала по тебе. По твоему вечно злому выражению морды.
Ты зверь, Марат. Как что, так сразу норовишь в глотку вцепиться.
– А ты пытаешься выцарапать глаза.
– Мы чудная парочка.
– К сожалению, – прорычал в ответ.
– Ох, Маратик, не злись. Расслабься и получай удовольствие на этом празднике жизни.
Что же, сука была права. Я должен был немного остыть, чтобы не показывать переполнявшую меня злость остальным. Для них я спокойный, холодный человек, которого нелегко задеть.
Мы вошли в гостиную, где уже собрались гости. Близкие родственники, лучшие друзья.
Приближенные семейства. И все они смотрели на меня. И на скалящуюся Эльвиру. Потому что все выглядело слишком наигранным, отчего становилось противно.
– Добрый вечер, – поздоровался я вроде и со всеми, и ни с кем.
Меня обступили дети тетки. Вот кто заглядывал мне в рот, так они. Потому что знали, что я наследник многомиллионного состояния. А значит я тот, кто будет содержать их после смерти деда. Пока это функцию выполнял старик. Да вот только я не намеревался поддерживать всю эту ораву после того, как тело старика остынет.
Прогоню прочь дармоедов. Пусть сами хоть что-нибудь попытаются сделать. Потому что пока я был единственным, кто вообще работал в этой семье. Эльвира развлекалась на курортах и в заграничных домах, прожигала жизнь, но старалась не афишировать разгульный образ жизни, понимая, что деду не понравится то, как вела себя его любимая невестка. Тетка Дария и ее трое оболтусов тоже не пылали желанием пахать дни и ночи в компании, довольствуясь состоянием, унаследованным от мужа тетки.
Правда, оно почти растаяло, а дед пусть и оплачивал их хорошую жизнь, но не обещал золотых гор. Все это мог дать я.
Булат. Чертов сукин сын тоже тут был. И он беседовал с дедом, а старик похлопал юнца по плечу и улыбался, хрипло посмеиваясь. Ублюдок зацепил старика. И чем? Отцовской улыбкой? Лобзанием? Да он ему задницу так лизал, что можно было услышать даже на расстоянии десятков метров смачные звуки работающего языка.
