Присмотревшись, я увидела, что командовала ими та, кого я точно не ожидала увидеть. Кажется, ее звали Петра. Если мне конечно не изменяла память. Высокая, крепкая женщина со странным именем и акцентом, которая резко развернулась и сразу же увидела меня. На ее лице застыла жесткая улыбка.
– Добрый день, Варвара, – поговорила она, приближаясь ко мне.
Я отступила назад.
– Добрый, – вновь хрип вместо спокойного ответа.
– Вы неважно выглядите, – проговорила она, остановившись рядом со мной. Мне же больше некуда было отступать.
– Возможно, – пожала плечами.
– Вы уже перекусили?
Я кивнула. И что это за забота такая? Или чисто профессиональный интерес?
– Тогда не будет терять время, Варвара. Я здесь, чтобы все эти люди привели вас в порядок.
Я смутилась, то поглядывая на женщину, то на собравшихся за ее спиной.
Петра повернулась к ним, хлопнув ладоши.
– Так, друзья, – проговорила она, привлекая всеобщее внимание. – Нам нужно слепить из этой девушки красотку. Полностью отчистить ее от грязи. Чтобы блестела как конфетка.
Я разинула рот от удивления. Очистить от грязи? Неужели я была так отвратительна всем, что не будет лишним еще раз намекнуть на это. На мое социальное положение. На мою нищету."
"Но мне не позволили возмутиться. Люди, собравшиеся в коридоре, обступили меня и стали дергать, крутить, рассматривать и переговариваться. Я чувствовала себя как лошадь на торгах. Товар. Я по-прежнему оставалась товаром.
Покачав головой на очередное довольно грубое высказывание относительно копны волос, которые я конечно же не успела расчесать после ночи, они возмутились и потащили меня сразу в душ.
Первая и самая бойкая из пятерки безумных блюстителей красоты, затолкала меня в душевую, велев хорошенько помыться принесенными ими средствами. И я выполняла все под ее четкие указания, стесняясь наготы. Но ей было все равно, что я была обнажена. Она лишь командовала мной, как зверьком, которого дрессировали.
После душа меня потащили в гостиную. Там уже организовали переносной салон красоты.
– Принимайте, – сообщила первая, вталкивая меня на середину комнаты.
И за меня взялись с таким напором, что стало не по себе. Со стороны наблюдала Петра, периодически с кем-то то переговариваясь по телефону, то строча сообщения. Но следила за процессом, словно коршун, готовый вцепиться в первую очередь в мою глотку, если я попытаюсь взбрыкнуть. Поэтому я терпела, когда шустрая блондинка среднего роста выдирала из моего тела волоски.
Марат просил избавиться от пушка.
