Зачем?!
– Поехали, в цирк опоздаем, – говорю я и слышу свой охрипший вмиг голос.
Неожиданно для себя протягиваю руку и касаюсь подбородка молодой женщины. Машино лицо повернуто в мою сторону, и едва мои пальцы касаются бархатной кожи женщины, как по телу пробегают мураши. Смотрит глаза в глаза, впиваемся в губы друг друга.
Наклоняюсь и Маша машинально тянется ко мне. Целуемся. Поцелуй получается очень нежным и мягким, ласковым. Самый слабый поцелуй в моей жизни переворачивает во мне всё.
Не верю, что Маша находится здесь по воле отца и мужа.
Она даже не в состоянии скрыть желание быть со мной.
Впервые возникает желание – схватить ее в охапку и сбежать вместе с ней. Бросить всё и убежать на край света, на какой-нибудь остров, где нет знакомых, знающих, кто я, кто она.
Но есть ли у меня такая возможность?
Лично у меня есть. Мои близкие и родные – сестра и племяшка, они будут изредка ко мне приезжать. Будем встречаться на чужой территории. Я великий конспиратор."
"Что касается Маши, то ее жизнь сейчас висит на волоске.
Пока она на свободе, но, когда Угрюмый и Кутузов в составе банды совершат попытку рейдерского захвата, Маша пойдет под суд как соучастница. И даже двое детей не станут помехой для того, чтобы попасть за решетку.
Маша только умножает свои неприятности.
Бежать! Прихватив чужих детей!
Понимаю, что наличие чужой двойни осложняет дело – Кутузов будет искать своих детей. Если бы кто-то украл мою жену с моими детьми, я бы этого урода нашел и скрутил в бараний рог.
Чувствую, как потемневший синий взгляд Марии касается моего лица, впивается в меня.
Девушка явно пытается понять, о чем именно я думаю.
Воздух вокруг меня становится очень горячим и непригодным для жизни, потому что я не могу и не хочу больше просто жить, просто плыть по течению, ждать, как тогда пять лет назад, когда придет подкрепление, когда всех возьмут. А я такой весь в белом пальто пойду по жизни дальше.
В прошлом я был наивен и не понимал, что без Марии уже не стану прежним. Сейчас я знаю наверняка, что останусь сломанным и буду жить дальше с поврежденной душой.
Видимо, так наказывают небеса тех, кто предает венчание перед Богом.
Усадив Машеньку маленькую в детское кресло, падаю за руль, и ни на кого не глядя, еду в сторону цирка.
– Ну что девчонки, сегодня нас ждет цирк! – усмехаюсь иронично, подразумевая совсем другой цирк.
– «Цылк»! – радостно хлопает в ладоши малая.
– Мои дети очень сильно любят цирк, особенно доченька, – шепчет Маша и виновато смотрит на меня.
